Экзо

Но важным. Вот нам и прислали этого парня. Таких я не видел ни до этого, и ни разу после. Хотя тогда мне казалось, что именно за такими будущее в армии и в Службе безопасности. Уж не знаю, чем его накачали, но он натурально от пуль уклонялся. Мины видел. Мог точно сказать, откуда будет следующий выстрел, где засел снайпер. Он на том задании многим жизнь спас.

Но под конец у него кровь из носа буквально хлестала. Не даются, видать, такие вещи даром. Может, поэтому таких «советников» больше и не встречалось мне ни разу, даже близко ничего такого. Не совсем связанные события, я понимаю, но именно тогда я и начал подумывать о книге. Написать, что можно, чего нельзя. Какие бланки есть. Как их использовать. И стоит ли. Вообще написать о том, что происходит.

– Хорошо, а типография-то тебе зачем? Раздавай свой справочник по интернету.

– Грядут дни, когда… «люди будут искать смерти, но не найдут ее. Пожелают умереть, но смерть убежит от них»… Как ты думаешь, в те дни еще будет работать сеть? Или централизованная подача электроэнергии?

Глава 5

Мне импонировало то, что эти увальни общались со мной на равных. Обычно, чтобы добиться такого отношения, приходилось долго доказывать, что ты не хуже остальных, пусть и слегка пониже.

Но здесь, на острове, я оказался на равных с остальными. После первых же операций меня признали. Среди этих мужчин действовали другие правила. Прошел бой, выжил – значит, ничем не хуже других. Многим покрупнее меня этого не удавалось. Многие, даже тщательно отобранные, отправлялись в резерв сразу, после одной-единственной миссии.

А у меня их теперь насчитывалось несколько десятков.

И эти увальни знали, насколько важнее в бою не рост и не вес, и не объем бицепсов, а реакция, сообразительность и способность прикрыть спину. Поэтому теперь я жил здесь на равных.

Если бы не работа, которую нам приходилось делать, редко приятная, часто кровавая, я бы сказал, что здесь, на острове, я чувствовал счастье находиться дома, среди своих. То чувство, которого не мог даже вспомнить после смерти родителей.

Из Тощего я постепенно превратился в Шустряка, и новый позывной нравился мне значительно больше.

Наш островок спокойствия жил своей жизнью, пока весь остальной мир разваливался.

Но идиллия не могла продолжаться вечно.

* * *На водохранилище наконец-то встал лед. Честно говоря, никто уже и не ждал, что это произойдет, настолько теплой была зима. Но день за днем отрицательные температуры, пусть и совсем небольшие, делали свое дело.

Сначала на поверхности воды появилась ледяная кашица, долго не решающаяся сгуститься настолько, чтобы превратиться в сплошной панцирь. Потом кое-где у берега начали появляться льдины, и незаметно, день за днем, зима все-таки взяла свое, и лед встал везде.