Экстрим на сером волке

Лежу в кровати, ворочаюсь с боку на бок и задаю себе вопрос: за фигом работаю? Ну куда мне столько денег? Ни детей, ни внуков, вообще никого!

Зачем состояние наживал? Разве стал более счастлив?

Ни дня, ни ночи нет, только работа, пашу как вол!

С какой радости? Для кого? Кому все после смерти достанется? И Анька сухая ветка, молодых побегов нет, замуж не желает идти. Уж просил ее: «Роди ребеночка, к черту супруга, так воспитаем, нянек, мамок наймем».

Помнишь Локтева?

Роза покачала головой.

— Ну как же? — заявил Степнов. — Магазин на Можайском шоссе имел, большой. Вы его еще купить хотели, а я перехватил!

Яковлева кивнула.

— Вспомнила. Феликс Локтев, вроде он твоим приятелем был.

— Сильно сказано, — усмехнулся Степнов, — просто хороший знакомый. Так вот, разорился он, точку продал и исчез, а тут вдруг встречаю мужика. Вначале пожалел его! Раньше-то Феликс на «мерине» катался, весь в «фирму» упакован был, в обнимку с модельками, выбритый, надушенный. А тут вылезает из металлолома мужичонка в дешевых джинсах! За ним тетка потная и детки в количестве трех штук! Орут, визжат: ""Папа!

Купи мороженое!""

Степнов сначала не узнал Локтева, но Феликс мигом сообразил, с кем его столкнула судьба, и бросился к закадычному другу.

— Рома! Пошли в кафе!

Степнов от неожиданности согласился и отправился вместе с шумной семьей в расположенный рядом парк. Угощая супругу и наследников пломбиром, Феликс изложил новости. Он по-прежнему торгует харчами, но в большой бизнес не лезет, имеет точку на рынке, купил недорогую иномарку, сделал ремонт в квартире, приобрел дачку, недалеко, всего сто километров от Москвы, собирается везти своих в Турцию. Неожиданно у Степнова стало щемить сердце. До этого он безжалостно выживал тех, кого считал конкурентами, не задумываясь о том, что станется с людьми, потерявшими все свои деньги. Бизнес — это не благотворительная организация, а кипяток с пираньями, выживает наиболее сильный, не обращающий внимания на пустяки, типа детей конкурента, плачущих от голода, но сейчас вдруг Роман чуть не зарыдал. Эк жизнь Феликса обломала!"

"В этот момент дети Локтева захотели покататься на карусели, и мать повела их в глубь парка. Не успели они скрыться из виду, как Феликс воскликнул:

— Спасибо тебе!

— За что? — оторопел Степнов.

— За то, что разорил меня.

— Я тут ни при чем, — быстро замахал руками Роман.

— Спасибо, — повторил Феликс, — я ужасно жил!

Вернее, не жил вовсе: работал как вол, деньги делал, а ради чего? Теперь смысл есть — дети, жена, и не надо мне крутого бизнеса, я хочу счастья, а не супердоходов!

Степнов замолчал. Роза смотрела на него. Роман внезапно медленно протянул:

— Вот ты тоже одна! Кому бизнес оставишь?

— Кате, дочке Сони Адашевой, — внезапно ответила Роза.