Экстрим на сером волке

Заканчивались выступления одинаково:

— Теперь я живу в «Убежище», у меня есть кровать, еда и одежда. Сотрудники этой организации решили все мои проблемы! Помогли оформить развод, сейчас разменивают квартиру! Жизнь скоро наладится.

Под конец появился Степнов. Тетки кинулись ему на шею. Зал рыдал, ведущий вытирал слезы, зрители схватились за носовые платки. Одна Роза обозлилась до невменяемости. Она-то очень хорошо понимала, что Степнову просто хочется иметь власть вкупе с депутатской неприкосновенностью. Денег у него полно, теперь охота поуправлять государством, поездить на машине, где на номерном знаке нарисован флаг.

— Значит, с бизнесом у него проблем нет? — спросила я.

— Никаких, — заверила Роза.

— Он может заполучить ваши магазины?

— С какой стати?

— Ну.., так.., вдруг!

— «Вдруг» не случается.

— Если ты умрешь, кому достанется бизнес?

— Офигела? Я еще сто лет проживу.

— И все же?

Роза умолкла, потом неуверенно ответила:

— Катьке. На нее завещание составила.

— Да?

— Ага. Хоть девчонка мне и не нравится, но больше некому дело оставить. Никаких близких людей у меня нет.

— А подруги?

— Кроме Сони, никого, а она умерла.

— — Степнов знает о распоряжении в пользу Кати?

— Да.

— Откуда?

Роза поморщилась.

— Ну мы как-то на тусовке столкнулись. Благотворительный аукцион в пользу бездомных животных.

У Степнова одно светлое пятно имеется. Он собаку свою любит. Шельму, до одури. Прикинь, на той выставке, что мы с Сонькой организовали, изнервничался весь, чуть инфаркт не получил, боялся, его шавка без диплома останется. Пришлось выдать четвероногому убожеству медальку.

— Ты пожалела Степнова? — удивилась я.

Роза отмахнулась.

— Связываться не захотели. Роман за свою Шельму убить может, мне его откровенно злить не с руки, да и не трудно псине приз втюхать, нехай тащится от восторга. Так к чему это я?

— Речь шла о завещании.

— Да! Точно. Стою у окна, тоскую, жду, когда торги закончатся и домой чапать можно. И тут подваливает Степнов. Слово за слово, о собаках потрепались. Потом он на здоровье жаловаться стал. И желудок у него болит, и сердце, и ноги, и давление, и черт знает что еще!

Роза кивала, изображая сочувствие. Под конец Степнов ляпнул:

— Пора мне завещание составлять.

— Верно, — кивнула Роза, — позаботиться о денежках надо, кому что достанется, а то передерутся наследнички.

— У меня таких проблем нет, — неожиданно грустно заявил Роман, — одна Аня и еще Шельма. Оговорю, чтобы собаку до смерти комфортно содержали, и на тот свет спокойно отбуду. Знаешь, я начал бессонницей мучиться.