Музейный экспонат

Казалось, пролети сейчас муха, и ее немедленно заметят все.

— Сил сопротивления? Простите, сопротивления чему? Город уже длительное время находится в составе Российской Федерации, и до сих пор никаких актов подобного рода там никто не наблюдал! Более того, за неделю до случившегося батарею можно было взять одним отделением пехоты вообще без единого выстрела! Это был всего лишь музейный экспонат, никакой боевой ценности не представлявший. Там даже снарядов не имелось! И чего тогда ожидали эти ваши «силы сопротивления»? Подхода «черного корабля»?

Министр употребил то название, которым пользовалась западная пресса, описывающая все обстоятельства, связанные с появлением неизвестного противника.

— Вы хотите сказать, — продолжил репортер, — что атака на батарею была скоординирована с подходом корабля к городу?

— Именно так, — кивнул дипломат. — Среди нападавших были опознаны лица, находящиеся в розыске, более того, в международном. В качестве хорошо известных представителей различных террористических организаций, что признано многими правоохранительными структурами европейских государств. Факт координации ими совместных действий с командиром «черного корабля» установлен и задокументирован. У кого-нибудь еще остались сомнения относительно принадлежности данного объекта?"

"— Простите, но последователи Степана Бандеры на Западе не относятся к террористам!

— У вас не относятся. На территории же России эти организации запрещены. Поэтому у себя вы можете нянькаться с ними и далее. В своем доме и в своей стране. А у нас на этот счет имеется собственное мнение — и именно оно является для нас определяющим.

— Но в Севастополе среди сил сопротивления присутствовали женщины! И они были безжалостно расстреляны вашими солдатами!

— Вы имеете в виду террористок-смертниц с поясами шахидов? Следует ли вас понимать в том ключе, что у вас есть свои, не известные ранее силам поддержания правопорядка способы ненасильственного обезвреживания такого рода преступников? Я буду рекомендовать нашему Министерству внутренних дел войти с вами в контакт!

В зале раздались смешки.

Место сконфуженного корреспондента уже занял новый.

— Анна Шайн, «Хьюман райтс вотч»! Почему к задержанным инсургентам не допускают правозащитников?

— К задержанным террористам, хотите вы сказать? К лицам, совершившим нападение на единственный объект, способный защитить город от атаки опаснейшего противника?

— Но преступниками их может назвать только суд! А его еще не было!

— Да, не было. Сейчас идет следствие. И именно по этой причине к указанным лицам не будет допущен никто, кроме их адвокатов, разумеется. Тайна следствия… — развел руками министр.