Магическая Экспедиция

Андреас в роскошном, но порвавшемся из-за вновь вернувшихся к нему широких плеч платье вернулся через три дня, в смысле, когда проклятие закончилось, гордо прошел через весь университет, поднялся в кабинет к ректору и там разрыдался. Я бы ни в жизнь не узнала, но, отрабатывая очередное наказание, как раз занималась тем, что натирала до блеска все коллекционное оружие магистра. Подозреваю, ректор искренне надеялся, что я когда-нибудь себе что-нибудь отрежу, голову к примеру, а потому свою коллекцию острейших клинков доверял исключительно мне, но неважно — факт в том, что рыдал Андреас горько, сетуя на мировую несправедливость. Причем почему-то требовал непременно вернуть ему женский облик, по причине того, что «я же столько мужиком никогда не заработаю!».

На это искренне пытавшийся сочувствовать ректор задал всего один вопрос:

«Кто?»

И Андреас скорбно вздохнув, сознался:

«Король».

После в кабинете воцарилась напряженная пауза, но длилась она недолго, и уже в следующий миг магистр Аттинур приказал: «Действовать будем быстро. Переодевайтесь в мужскую одежду, мчитесь во дворец и срочно требуйте вернуть вам сестру… как там вы себя обозвали?»

«Андрэа», — смутился Андреас.

«Очень оригинально, — язвительно заметил магистр. — И потребуйте деньги за честь вашей сестры. Максимальную сумму».

«Так у нас ничего не было, вы что, да я бы никогда не…» — начал было студент.

Но ректор оборвал его лаконичным:

«И кому, кроме вас и короля, это известно?»

«П-понял», — с ходу уловил идею Андреас, подскакивая и бегом, придерживая юбку, помчавшись к двери.

«К слову, напомните его величеству, что студенты университета неприкосновенны, это сделает короля гораздо более сговорчивым!» — крикнул ему вдогонку Аттинур.

Не знаю, чем дело закончилось, но с тех пор у Андреаса завелись деньги, причем немалые, а вот эту вторую надпись на телеге, ту, которая «Василеа, я люблю тебя!», он неоднократно пытался стереть, замазать, закрасить и даже сжечь, но она, сотворенная в порыве окрыляющей влюбленности, стираться отказывалась. Теперь Андреас учился на пятом, Эвасэт на третьем, а надпись грозила остаться на телеге навечно, и ее создателя это безумно злило. Правда, не сегодня — сегодня никого из выпускников на дворе не было. Прислуги также не наблюдалось, видимо потому, что все были заняты присмотром за выпитыми накануне выпускниками. Первый и второй курсы находились на лекциях, четвертый здесь так же отсутствовал, и я не знаю почему, так что в Горлумский лес отправляли только третьекурсников, и удивительно, что всех.

Впрочем, через минуту уже можно было ничему не удивляться.

— Радович, ваша группа номер семь, идете без сопровождения, — сообщил профессор Этрас, передавая мне защищенный от влаги свиток.

Я развернула.