Экс-любовники

— Добрый день! — вежливо здороваюсь я, глядя сначала на девицу, а потом на её чересчур надушенного спутника.

Такая очередность выбрана мной специально, чтобы посетительница не видела во мне конкурентку. Однако всё, чего я добиваюсь, — это того, что её точёный нос морщится сильнее, а взгляд становится презрительным. Василина образца двухгодичной давности непременно плюнула бы ей в суп.

— Мне сказали, что у вас возникли проблемы с заказом. От лица нашего заведения я приношу свои извинения.

— Девушка, — противно гундосит мужик, глядя мне в лоб, — мы ждали час, и в итоге нам принесли чёрт пойми что.

Вот теперь он бесит меня даже больше, чем его спутница. Во-первых, ждали они не час, а двадцать пять минут, и это нормально с учётом того, что они заказали горячее, а во-вторых, как он осмеливается называть любое из наших вкуснейших блюд «чёрт пойми чем?» Чёрт пойми что — это ногти его спутницы, заточенные так, словно ей необходимо карабкаться по стенам, чтобы иметь возможность попасть домой.

— Мне очень жаль, что так вышло. К сожалению, такое изредка случается при большом наплыве гостей. Человеческий фактор. — Я делаю паузу и со значением смотрю на мужика, не сильно рассчитывая, что это его тронет. — Миляуша новенькая, и мы обязательно предпримем строгие меры, чтобы впредь она не допускала путаницы с заказами.

Про меры я тоже говорю специально. Гости — ещё те кровожадные сучки и обожают, когда в угоду их недовольству персонал наказывают. Понятно, что Миляуше ничего серьёзного не грозит. Хотя пару раз я на неёвсё-таки рявкну, чтобы в следующий раз, когда ей взбредёт в голову перепутать блюда, в ушах звучал мой голос.

— Девушка-а, — повторяет мужик, да таким тоном, будто только что обнаружил, что ведёт беседу с умственно-отсталой. — Мне что с ваших мер? Я приехал с женой пообедать, а в итоге торчу голодным и слушаю ваши невнятные объяснения.

Если бы в этот момент он мог подслушать мои мысли, из его барабанных перепонок фонтаном брызнула бы кровь. Крысёныш тупоголовый! Ты слушаешь мои невнятные объяснения, потому что тебе непременно хочется к себе повышенного внимания, вместо того чтобы спокойно согласиться на замену блюд."

"— Я же говорила, давай поедем в «Камю», Роберт, — вставляет его когтистая жена. Голос у неё под стать выражению лица: противный, как скрип пенопласта. — У Алика в заведении такого идиотизма никогда бы не случилось. Да и кухня здесь так себе, Лиза сказала. Как в обычной закусочной.

Меня словно в грудь копытом лягнули.