Эхо войны

Любимый мой образ жизни — ничего не делать. За этим делом меня и застал Борис, решивший отвлечься от руководства починкой автобуса. Скривив лицо в устало задумчивом выражении, он пару минут наблюдал за методичным уничтожением тюльпанных луковиц и наконец, не выдержал:

— Слушай, ну нахрена ты это жрешь? Загнешься к чертям и что нам без проводника делать? Если голодный — есть тушенка, есть лепешки, есть овощи и сухофрукты. Или слишком гордый, чтобы просить? Другие от тушенки не отказывались.

— Это хорошая еда — чуть подумав, ответил я, закидывая в рот следующую луковицу — От нее не отравишься.

— Да что ты? — буркнул русский — А про накопление в клубнях радиации ты что-нибудь слышал?

— Не-а — пожал я плечами и со смиренным вздохом спросил — Борис, тебе же на самом деле плевать, что я жру, правильно? И знаешь, что я не отравлюсь. Просто нервы шалят, да? Выговориться хочется?"

"— Шалят. Хочется — признался Борис, зло передернув широкими плечами — Только не выговориться, а выматериться и кому-нибудь что-нибудь сломать, да так, чтобы ажно с хрустом и напополам! Бешусь от бессилия, от невозможности на что-либо повлиять! Понимаешь?

— Поясни — попросил я и чуть подумав, радушно протянул Борису последнюю луковицу — На. Освежает.

— Не — отмахнулся тот, снимая с пояса флягу — Я лучше водички. Что тут пояснять? Вообще не знаю, почему тебе это рассказываю.

— Потому что я чужой и нелюдимый — фыркнул я — Потому что мне плевать на ваши проблемы. Потому что мне от вас ничего не надо.

— Хорошо сказано — чуть помедлив, произнес Борис — И прямо. Я тебе так скажу, Битум — долгие годы меня дрессировали действовать в экстремальной обстановке и сохранять контроль над ситуацией. Дрессировали хорошо. Вот только нельзя контролировать тупость! Как можно просчитать, что один из этих долбанутых на всю голову людоедов решит взорвать целую кучу гребанной взрывчатки прямо у себя под ногами?! Как?! Ведь этот дебил, что замкнул клеммы детонатора… млять! Он ведь даже не соображал что делает!

В ярости пнув песок, Борис развернулся и зашагал обратно к автобусу. Поглядев ему в след, я пожал плечами и занялся последней тюльпанной луковицей.

— Нервничает шеф — мрачно хохотнул подошедший следом Виктор, утирая залитое потом лицо рукавом — Даже его проняло. А мы уж думали, что он из стали сделан, непрошибаем. Когда нас те кочевники на парусниках обложили со всех сторон, он и то спокойным оставался, а тут…. Эй, да тебе похоже неинтересно…

— Ты прав — меланхолично кивнул я, старательно работая челюстями — Неинтересно.

— Ну и черт с тобой! — буркнул Виктор, глядя на меня сквозь непроницаемые стекла солнцезащитных очков, чуть помедлил и все же добавил — Что поймал бутылку с коктейлем Молотова — спасибо! За нами должок.