Эхо войны

По кузову и кабине грохало не переставая — местные аборигены метали все что попадется под руку.

Сплевывая кровь из разбитых губ, я поднялся на ноги, с трудом удерживая равновесие. Помимо меня, внутри салона находилось десять человек, сидящих вдоль стены и держащих автоматы наготове. Один из них — худощавый и светловолосый парень — крикнул:

— Битум, пристегнись! — и указал подбородком на прикрепленные к стене ремни.

Рухнув на скамейку, я вцепился в ремни и облечено выдохнул — теперь, по крайней мере, не рискую переломать кости и нахожусь в относительной безопасности.

Долбанный водитель автобуса! Какого черта он вообще начал тормозить?! Если бы не он, то давно проскочили бы завод, а в пустыне, на открытом месте, где можно маневрировать, нам людоеды не страшны.

— Почему затормозил автобус? — не выдержал я из-за переполняющей меня злости, нарушая напряженное молчание в салоне.

— Пробило покрышки — отозвался сидящий в самом краю Виктор — По ходу все четыре штуки продырявило. По рации так передали.

Вот так. А я грешил на перепугавшегося водителя не пожелавшего сметать бампером заслон из живых людей. Получается, автобус на полном ходу наскочил на шипы и пропорол колеса. Потому его так и кидало из стороны в сторону. Впрочем, удивляться нечему — аборигены хоть и те еще придурки, но когда дело касается пропитания действуют умело. Будь у них огнестрельное оружие, хлебнули бы мы сейчас лиха.

— Толкай его! — донесся из кабины рев Бориса — Не отпускай газа!

— Движок сгорит! — заорал в ответ водитель, умудрившись сдобрить два коротких слова тремя ругательствами — Это же не легковуха, мать ее! Автобус! Да еще загруженный всякой хренью!

— А выбор есть?! Тут и свернуть некуда! Толкай, кому сказано!

— Я могу обойти его слева — там места хватает! Оставим их позади!

— Нет, толкай! Вытаскивай нас из этого дерьма, вытаскивай!

Выругавшись еще замысловатей, водитель утопил педаль газа. Рванувшийся грузовик резко сократил расстояние между машинами и долбанул отчаянно дымящий рваными покрышками автобус в приплюснутый зад. Долбанул и не отставая, попер его на себе вперед, увеличивая скорость подранка.

Снаружи донеслись разъяренные вопли, на кузов грузовика обрушился очередной шквал камней. На этот раз среди лязганья металла и глухих стуков каменных обломков я услышал звон бьющегося стекла. А затем почуял запах вонючего дыма.

Не успел открыть рот для предупреждающего крика, как в люк пулеметного гнезда, крутясь, влетела бутылка с зажженным куском тряпки в горлышке. Выпустив из рук ремни, я метнулся вперед и подхватил бутылку в нескольких сантиметрах от пола, не дав разбиться.