Эгоист

Хочу сказать что-то, что вызовет шокированную немоту у гонщика, но, кажется, сама онемела.

Мы остановились критически близко друг к другу.

Отвернувшись, усаживаюсь в машину. В ней кажется очень душно, но все же довольно комфортно. Я поглаживаю гладкую кожу сиденья, и закрадывается мысль когда-нибудь сесть за руль такого «Мерседеса». А Марино ведь предлагал…

Майк садится и заводит мотор. Мой гонщик, посмотрев по сторонам, выезжает на дорогу. Почему это выглядит так возбуждающе: Марино, его руки на руле и напряженное выражение лица пилота?

Мы паркуемся в центре, но до неизвестного мне ресторана идем пешком еще несколько кварталов. Молча. Хотя тем для разговоров достаточно. Я с тревожностью посматриваю по сторонам и делаю вид, что мне интересна местная архитектура. Майк убрал руки в карманы и быстро шагает. Еле поспеваю еще за ним.

Так странно, нам привычней препираться, ругаться и сыпать оскорблениями, заниматься сексом, нежели говорить как нормальные люди.

По всей видимости, мы далеки от нормальности.

Майк пропускает меня вперед, когда заходим на территорию ресторана. Там полная посадка, но стоило в этом парне по левую руку узнать известного гонщика, чудом нашлось место.

Хостес всячески улыбалась. Цвет ее помады был раздражающе непривлекательным. Но взгляд Марино постоянно скользил по надутым женским губам.

– От тебя такая энергия сейчас идет, жемчужинка, что я чувствую несколько пулевых отверстий в своем теле.

Мы садимся напротив, раскладываем салфетки, открываем меню.

Стреляю недовольным взглядом.

– Вот как сейчас! – отбрасывает кожаную папку и говорит громко, на весь ресторан.

– Много о себе возомнил, Майк Марино. Больно надо тебя убивать, – сглатываю вранье. Оно привычного горького вкуса.

– То есть убить ты меня не хочешь?

– Не-а!

– А что хочешь? – провоцирует.

Майк наклоняется через стол и останавливается в опасной близости от моего лица. Если подниму свой взгляд, напорюсь на самодовольного Марино. Кажется, он знает обо мне то, что так тщательно желаю скрыть.

– За вечер ты уже второй раз наседаешь. То выясняешь, что же мне подарить, то теперь вот что я хочу с тобой сделать…

На последнем слове сглатываю.

– Выбрали? – перебивает официант.

Майк возвращается на свое место и, не открывая больше меню, просит себе пасту. Смотрит при этом на меня и улыбается своей улыбкой. От нее сложно увести глаза, потому что чувствуешь себя особенной.

– Мне салат, – передаю папку и облокачиваюсь на спинку стула. Руки скрещиваю.

И о чем будем сейчас говорить?

– Значит, с Эдером у тебя ничего не было… – говорит, улыбаясь, но взгляд совсем невеселый. Сосредоточенный. Он пытливо уставился на меня, отбивая ногой ритм под столом.

В груди вакуум.