Эгоист

– Мы вообще можем сходить поужинать, – голос звучит ближе. Будто бы за дверью. И в тоне полно мягких, пушистых нот.

– Это уже слишком, – прикусываю язык. Он мой настоящий враг.

Нормально, что мы общаемся за закрытой дверью? Как чужие.

– Я подарю тебе еще розу. Хочешь?

Прикрыв глаза, я вижу, как Майк втягивает губы, сжимает и разжимает кулак и тихо стучит по бедру.

– Чтобы у меня их стало две? Спасибо, не нужно.

– Я подарю красную.

За грудиной защемило, словно застряло что-то. Дышу в полсилы.

– Я не люблю красные розы.

Раскрываю дверь, чуть не задев нос Майка. У него реакция отменная, гонщик успел увернуться. В глазах варится непонимание.

– Что тогда подарить? – напирает, в тупик загоняет. – Ну не кактусы же ты любишь?! Я могу. Но ты же в меня его запустишь, да?

Усмехаюсь и затем посмеиваюсь. Представила картину.

– Вот еще. Растение об тебя губить.

– Тогда что подарить? – чуть осмелев, опирается одной рукой о стену. Он голый, я тоже. Безумие…

– Не знаю. Подумаю и скажу.

– Хорошо. Скажи.

– Скажу, – наседаю голосом.

– Не забудь только. Морковь для памяти ты вряд ли ешь.

– Не забуду! – заладил со своим подарком.

– Вот и не забудь."

"Глава 30. Таня"

"Пока Майк в душе, со скоростью истребителя переворачиваю вещи в шкафу в поисках чего-то особенного. Нет, я, конечно же, не хочу производить на гонщика никакого впечатления. Просто… Рим, вечер, и кровь кипит.

– Как на свидание собралась, – говорит, упираясь взглядом в мои колени и двигаясь вверх. Глаза Майка пьяно поблескивают.

– И не надейся. Это лишь кофе.

– Я голодный, Жемчужина! Кофе…

– У меня в холодильнике морковь. Можешь погрызть.

Марино покачивает головой и ругается на своем языке. А я поджимаю губы, потому что мне нравится, когда он так делает.

Выхожу из дома в платье и на каблуках. Из коридора захватываю маленькую сумочку-клатч под ворчание голодного пилота.

Майк опережает меня и спешит к своей машине.

– Ты же говорил, что ресторан недалеко от моего дома? – прищуриваюсь.

Все это странно, но довольно приятно.

– Твоя память становится лучше, жемчужинка. Я рад.

И застывает с открытой для меня дверью шикарного авто. Одно зеркало на его машине стоит в пять раз дороже моего образа.

На ум снова приходит мысль, что мы с Марино слишком разные.

– Платье для меня выбирала? – говорит, когда я дохожу до Майка. Готова уже сесть в его машину, но посадка низкая, и как бы не засветить свое белье. Уж очень короткая юбка.

– Нет. Надеюсь выбить скидку у официанта. Говорят, у меня шикарные ноги, – с вызовом бросаю взгляд на Майка. По спине вдоль позвоночника собираются мурашки.

– Я оценил.

Марино облокачивается на открытую дверь. Уголок его губ взметается вверх. Я мечтаю бросить очередную едкую фразу, которая заткнет за пояс.