К востоку от Эдема

По счастью, доктор Тилсон в этот день ужинал дома, и, не дав ему доесть ростбиф, Адам вытащил его из-за стола. Быстро осмотрев Кэти, доктор повернулся к Адаму.

— Вы бы подождали внизу.

— Но она поправится?

— Да-да, я вас скоро позову.

Адам потрепал Кэти по плечу, и она в ответ улыбнулась. Закрыв за Адамом дверь, доктор Тилсон вернулся к кровати. Лицо его пылало гневом.

— Почему вы это сделали?

Кэти сжала губы в узкую полоску.

— Ваш муж знает, что вы беременны?

Она медленно покачала головой.

— Чем вы это сделали?

Глаза ее застыли.

Доктор оглядел комнату. Шагнул к низкому комоду, протянул руку и, повернувшись к Кэти, потряс у нее перед лицом вязальной спицей.

— Как же, как же… эта старая негодяйка давно нам знакома, — сказал он. — Дура вы, и больше никто. Чуть себя в могилу не свели, а ребенка не скинули. И небось еще всякую дрянь глотали, камфорой травились, керосином, красным перцем… Боже мой! До чего вы, женщины, иногда доходите!

Взгляд ее был холоден, как стекло. Доктор придвинул стул ближе к кровати и сел.

— Почему вы не хотите ребенка? — тихо спросил он. — У вас хороший муж. Разве вы его не любите? Что, так и будете молчать? Объясните мне, черт возьми! Упрямиться глупо.

Губы ее не шевелились, глаза смотрели не мигая.

— Голубушка моя, неужели вы не понимаете? Человеческую жизнь губить нельзя. Уж если что меня и бесит, то именно такие дела! Бог свидетель, случается, больные умирают, потому что я не знаю, чем им помочь. Но я хотя бы стараюсь их спасти… стараюсь всегда! А тут на моих глазах — умышленное убийство! — Он говорил все быстрее. Его пугало тягостное молчание, заполнявшее паузы. Эта женщина вызывала у него недоумение. В ней было что-то нечеловеческое. — Вы еще не знакомы с миссис Лорел? Бедняжка слезами обливается, вся извелась, так хочет ребенка. Все на свете отдала бы, чтобы родить, а вы… вы своего ребенка решили спицей проткнуть!.. Вот, значит, как! — Он сорвался на крик. Не хотите говорить — никто вас не заставляет! Только я сам кое-что вам скажу. Не погиб ваш ребенок, жив он. Промахнулись. И еще скажу: придется вам его родить! В нашем штате за аборт знаете, что полагается? Можете не отвечать, но выслушать вам придется! Если вы не образумитесь, если вы скинете, а я пойму, что дело нечисто, я сообщу в полицию, я все расскажу и позабочусь, чтобы вас наказали. Надеюсь, у вас хватит ума понять, что я не шучу.

Кэти облизала губы острым маленьким язычком. Холод в ее глазах сменился грустью.

— Простите меня, — сказала она. — Я виновата. Но вы не понимаете.

— Почему же вы не хотите объяснить? — Его гнев тотчас растаял. — Расскажите мне, голубушка.

— Мне трудно об этом говорить. Адам такой хороший, такой сильный, а я… одним словом, плохая наследственность. Эпилепсия.