Язва

Садовый рай

02 апреля 1979 года, третий час дня, коллективный сад «Радость»."

"В комнате общежития Сергеев всегда держал укладку первой помощи. На всякий случай. Сегодня как раз был такой случай. Кроме таблеток и ампул в укладке лежали дефицитные одноразовые шприцы. Выпрошенные у старшего ординатора Петренко. Бригады скорой этаким заморским чудом избалованы не были. Пользовались по старинке стеклянными, многоразовыми.

Вскрыв упаковку с иностранными надписями, Андрей насадил прилагающуюся иглу (надо же, точно подошла), набрал содержимое из флакончика без этикетки и воткнул себе в бедро. Место инъекции обработал специально хранящейся для этих целей водкой. Три шестьдесят две за бутылку. Осталось ещё два флакончика – для водителя и фельдшера.

Анюта жила в общежитии медиков на другом конце города, мест в элитной общаге рядом со скорой на всех не хватало. После смены, скорее всего, поехала к себе отсыпаться. Но могла и к какой-нибудь подружке по пути забежать. Девушка была общительная и имела массу подружек.

Водитель же ни с кем дружбы не водил. Наверняка уехал к себе в сад. Сезон вот-вот начнётся, в саду после зимы дел невпроворот.

«Значит, сначала к Фёдору Ивановичу, – решил Андрей. – Четыре остановки на электричке, потом пешком – слишком долго. Надо брать машину. Ночью подморозило, дорогу пока не развезло, „Жигулёнок“ пройдет». В межсезонье добраться до сада можно было только на тракторе. И, конечно, на своих двоих, три километра от станции.

Жёлтая папина «тройка» скучала во дворе скорой в ожидании, когда Андрей повезёт Оксану в институт. Сегодня поездка не состоялась, как и завтрак в партшколе. Оксана, наверное, обиделась. Скорее всего, Чураков её перехватил. Не зря вчера на смену в модных югославских сапогах и польской дублёнке вышел. Это при плюс десяти днём. Ничего, Оксана девушка умная, поймёт и простит. А вот инфекция никого прощать не будет.

До коллективного сада «Радость» было двадцать пять километров по асфальту и два с половиной по грунтовке. На последние километры времени и нервов уходило больше, чем на всё остальное путешествие. Фёдор Иванович часто приглашал бригаду к себе на «дачу», и дорогу Андрей хорошо знал. Пару раз застревал капитально на грунтовке. Бегали за трактором в ближайший совхоз. Лежащая в бардачке поллитровка упрощала переговоры с трактористом. Но сегодня повезло, только однажды зацепил порогом колею.

Коллективный сад окружал высокий деревянный забор с несколькими рядами колючей проволоки наверху. Однако ни забор, ни «колючка» не спасали от варварских набегов. На вечно пьяного сторожа надежда была слабая.