Явор

Выбирай, кто будет на месте забитой свиньи.

— Я не могу косячить, иначе мне не видать досрочного!"

"— Если ты оставишь в живых подбитого нигера, то и не доживешь до него. У них главарь — Годзилла. И сегодня тебе предельно ясно дали понять, что перережут глотку. Я бы за своего точно так же сделал. Но раз драку начал ты, разруливай, Белоснежка. Считай, что на тебе черная метка и сегодня кракен сожрет тебя. Сделаешь это, заработаешь звездочку к своему авторитету, а если подожмешь очко, будь уверен, сдохнешь как крыса. — Он подходит и вновь подавляюще кладет руки на мои плечи. — Послушай, тот, кто нападает на заключенного темной расы, автоматически попадает в мое братство. А вот выйти из него можно лишь сдохнув. Так что доделай то, что начал! И жди своего досрочного. В противном случае расклад ты знаешь. Предупрежден — значит вооружен, — дерзко подмигивает мне бандит. Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но меня останавливает бас Зверя: — Даю тебе две недели восстановиться, потом приступаешь к тренировкам. Ты теперь участвуешь в подпольных боях, арена любит таких отмороженных.

Мне было дозволено все, я не привык жить под кем-то, а теперь каждый мог шаг предрешен Зверем. И если я хочу дожить до освобождения, которое обещает Раймон, то у меня просто нет выбора.

***

Слова главаря не выходили из моей головы. И заточку я все-таки оставил при себе. А вот принимать сегодня душ не стал. Выпил лекарства и лег спать.

Сквозь сон до меня доносится звук открывающейся решетки. Я устремляю взгляд в окно. Ночь. В камере темно, в коридорах тоже не горит ни одна лампочка. Что за хрень?! Нащупываю руками заточку и зажимаю в кулаке. Сердце предательски перебивает доступ кислорода. Лежу. Жду. В помещение периодически попадает луч прожектора. Вслушиваюсь, откуда доносится шум, но шагов не слышно. Новая порция света позволяет рассмотреть нависающую надо мной громадину с пугающими большими белоснежными глазами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я чудом уворачиваюсь от удара, и вместо меня он вспарывает подушку. Хорошо, что в такие моменты нет времени думать о боли. Тобой двигают одни инстинкты. Кричать тоже смысла нет. В том, что надзиратели замешаны в этом, нет никаких сомнений. Ублюдки создали все условия, чтобы мне перерезали глотку. Чувствуется рука Картера. Постарался, мудак конченый.

Внезапно черная клешня хватает за горло, вбивая меня в стену, и заносит сжатую в кулак заточку. Однако я сдерживаю его натиск, рукой блокируя удар. Ощущение внезапной потери контроля зарождает во мне панику. Долго я так не протяну. Адреналин, ударивший волной в мозг, заставляет хаотично работать сознание.