Явор

Его тут же охватывает мышечный паралич, мгновенно отправляя в сокрушительный нокдаун. Тело грузно падает на пол, я выбрасываю электрошокер и, склонившись над Раймоном, трясущимися руками нащупываю пульс. Боюсь, что из-за собственной неопытности я могла задеть жизненно важные сосуды. В конце концов, я не наемный убийца. Но вроде все обошлось только потерей сознания, и мне больше нельзя терять ни минуты. Подхватив Раймона подмышки, потихоньку волоку его громоздкое тело в сторону кабинета, что мне дается с огромным трудом. С переменных успехом я неуклюже цепляюсь за него и едва двигаю с места, но когда добираюсь до лестницы, мои мучения немного облегчаются. Медленно спускаю его со ступеней и при каждом неизбежном толчке замираю. Пальцы жжет от того, как сильно я впиваюсь в крепкую плоть, но горькие мысли затмевают физический дискомфорт. Дотащив его до кабинета, на ватных ногах впечатываюсь в стену и сползаю вниз. Я ничтожество. Больше Рамо не даст мне шанса. Не простит, а еще хуже — убьет.

Набираю номер Картера и ожидаю, когда услышу его противный хриплый голос, но вместо этого до меня доносится лишь свистящий вздох.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Готово, — безжизненно говорю я.

— Умница, Кейси. А теперь садись в машину, что стоит у дома. Дальше мои люди все сделают сами.

Из динамика раздаются короткие гудки и, бросив напоследок взгляд на Раймона, я неспешно поднимаюсь на ноги.

— Прости... — улетает в пустоту тихий шепот, и я покидаю его кабинет. Схватив по пути свой плащ, пулей вырываюсь на улицу. Холодный поток воздуха немного приводит меня в чувства, и я жадно вдыхаю его, до тех пор, пока мои руки не скручивают за спину и силой не запихивают в машину.

***

Картер сидит, вальяжно раскинувшись в кресле и рассматривая меня холодным, презирающим взглядом, от которого я нервно ежусь. С этим человеком не хочется даже воздух делить. Он мне противен до последней капельки, но приходится натягивать маску безразличия и выдерживать на себе внимание его противных мутных глаз.

— Я выполнила все, о чем ты просил, — первая нарушаю давящую тишину. — Верни мне ребенка!

— Верну, — он медленно постукивает пальцами по колену, — обязательно верну, только сначала с папашей познакомлю.

— Ах ты, ублюдок! — налетаю на него и начинаю молотить кулаками. — Сволочь! Верни моего сына! Мерзавец! Ты не имеешь права! Вер...

Пламенную речь обрывает жесткий удар, прилетевший мне прямо в нос. От тупой боли непроизвольно отшатываюсь назад, а голова погружается в глухой вакуум. Я ощущаю, как по губе стекает теплая капля крови.