Явка с повинной

— Так чем вы обязаны ему?

— Он, между прочим, неплохой человек. — Анна с вызовом посмотрела на Леву. — Крошин помогает людям, не то что…

— Неплохой, согласен. — Лева кивнул. — Вам он, кажется, помог поступить в университет? Вот освобожусь немного и разберусь с этим вопросом.

— Лишь бы напакостить! — вспылила девушка. — Помочь Наташе вы не хотите, испортить жизнь мне — с удовольствием. Вы далеко пойдете.

— Не стоит разговаривать в таком тоне, — быстро ответил Лева. — Николаю Кунину, к слову, помог я. Не так ли?

Лева выяснил, что именно Крошин попросил Аню позвонить и что он действительно помог ей поступить в университет.

— Вы чувствуете себя обязанной Крошину? — спросил Лева.

— За добро надо платить добром, — ответила Анна.

— Верно, — согласился Лева, — и вы названивали мне в кабинет, ходили в редакцию, сегодня пригласили сюда.

— Да, да, — Анна наконец сняла руку Левы со своего плеча. — Мне никто не хотел помочь с университетом, а Крошин помог. Я ему благодарна.

— Хорошо, хорошо, — перешел на миролюбивый тон Лева. — В историю с пропиской Наташи вы не ввязывайтесь. После ипподрома сошлитесь на головную боль и поезжайте домой.

— Я не люблю…

— Да перестаньте вы, — перебил Лева, — слушайтесь старших.

— Подумаешь, — Анна презрительно надула губы, но было видно, что она сдалась.

В ложе Крошин оживленно разговаривал с Наташей, Анна попрощалась и ушла.

— Обидели? — спросила Наташа, глядя на Леву. — Мужчина называется.

— Сказал, чтобы не вмешивалась в чужие дела, — ответил Лева.

— В мои? — спросила Наташа.

— Нет, в мои, — ответил Лева.

Подбежал Валек. Впервые его глаза не молили о выпивке, а азартно блестели. Он обратился к Крошину, но говорил достаточно громко:

— Уголовка-то Митрича замела. Эти близнята его и забрали. Старика-то за что, он-то уж никаким краем не проходит. Сан Саныч, вы как думаете?

Крошин переиграл — явно, грубо. Он не спросил, какого Митрича. Когда и как? Не проявил естественного любопытства. Он словно и не слышал, сунул подручному деньги, назвал комбинацию и продолжал смотреть на лошадей. Он никогда не пользовался биноклем, по крайней мере, Лева этого никогда не видел, а сейчас Крошин попросил в соседней ложе бинокль. Убийца приложил бинокль к глазам, даже не пытался его настроить, смотрел куда-то вдаль, сидел абсолютно неподвижно.

«Нервы, нервы» — сидя рядом с Наташей и глядя на Крошина, думал Лева. Преступник отдал бинокль и взглянул на часы."

"Невмоготу тебе сейчас, а до конца еще полтора часа, думал Лева и, беспечно улыбаясь, щурился под лучами заходящего солнца. Плюнь на все и иди домой, нечего тебе здесь делать. Тебе надо думать, думать, думать, пересматривать свои позиции. Вот сейчас, сию минуту официант рассказывает, называет твое имя.