Ярар X. Война. Том II

"

"Я понимал, наша миссия была важнее одной жизни, но также мне было очевидно, что мы проиграли… Я не соперник этим двоим. Стоило им ещё раз создать огненные потоки, и вопрос времени…

И я понимал, раз прозвучало предложение о сдаче, значит нужен им живым.

Я ещё раз посмотрел в сторону, где до сих пор сражались Исаврийский и Макаров. Задержав на них взгляд, я сделал вывод, что и те продержатся недолго. Аракс, судя по всему, оказался в разы сильнее Менелая.

Сняв щит, я успел заметить, как очертания Милано размылись, а в следующее мгновение моё сознание потемнело.

* * *

Я открыл глаза из-за того, что меня кто-то сильно старался дозваться. Сознание медленно возвращалось ко мне. Когда я смог сфокусировать взгляд, то увидел, что пришёл в себя одним из последних. В большой камере помимо меня находились Мерин, Макаров, у которого был наложен жгут выше колена, а самой ноги не было. Также Эмери и Меньшиков, который собственно и старался меня дозваться. Мы были скованы по рукам и ногам, даже на шее находился стальной ошейник, который нас прижимал к каменной стене.

Поняв, что я пришёл в себя, и могу воспринимать информацию, Эмери спросила.

— Ты чувствуешь магию?

— Нет, — прислушавшись к себе ответил я. — Сколько мы здесь?

— Больше суток, — ответил Мерин.

— Тогда ничего удивительного нет. Я выпил зелье полнолуния.

— Мы знаем, — сказала Эмери. — Просто никто из нас не чувствует её.

Я не знал, как это было возможно, поэтому решил узнать, что удалось выяснить.

Самым очевидным было услышать, что мы проиграли, и что пока мы все находились без сознания нас перенесли сюда. Дирижабль, на котором мы прилетели, уничтожен. Другие выжившие воины находились в соседней камере. Однако среди них не было Зеса и Космоса. И я очень надеялся, что их нет, не из-за того, что они не пережили последний бой.

Наверное, заметив моё переживание, Эмери сказала.

— Я уверена, они живы. И пока у нас была возможность говорить с пленными из соседней камеры, они сообщили, что многих увели ниже уровнем. Они с уверенностью сказали, что среди них был Орлов.

— А Эдвард? — спросил я у Мерина.

— Пока я не увижу его тела, он жив, — ответил принц. — Знали бы вы сколько раз я думал, что видел его в последний раз. Даже тот случай у Кейптауна. Видели да, как он подстрелил Фабиана?

— Хорррооошая попытка, Мерин, — усмехнулся я и ехидно добавил: — Таких подробностей о вашем бое у нас нет.

Он ненадолго задумался.

— Если поймёшь, что мы не выберемся, обещай, что расскажешь…

— Мы выберемся, — перебив принца ответил я. — Степан Осипович, Вы как?

Услышав своё имя, он приоткрыл один глаз.

— Думаю, что будь я моложе, хрен бы проиграл этому реликту!

— Мдааа уж… Не прошло и года… что называется.

— Аааа, проснулся! — раздался у двери голос, от которого у меня мурашки пошли по коже.