Японская война. 1904 (СИ)

И не сказать, чтобы ему совсем не удалось меня зацепить. Если посмотреть на Русско-японскую как на продолжение политических интриг, когда целью каждой из сторон было не столько победить, сколько упрочить свои позиции в Санкт-Петербурге, многие странности начинали выглядеть совсем по-другому.

Меняет ли это что-то для меня? Нет! Наоборот, теперь грядущие трагедии Первой Мировой и Гражданской казались только неизбежнее. И мое желание избежать их или хотя бы сгладить становилось только сильнее.

— Господин полковник, — сияющий Буденный перехватил меня на полпути к нашей стоянке. — А мы отмечаем! Присоединяйтесь!

Только сейчас я заметил, что Семен не один, а командует десятком казаков, на каждого из которых было загружено по два ящика алкоголя. Умеют люди праздновать. Впрочем… Я пригляделся к этикеткам: мадера, марсала, какое-то местное красное вино — все было довольно дешевым. А тут еще до носа долетел запах недавно открытой банки сардин, и стало понятно, что и на столе у нас все будет не менее бюджетно.

Вроде бы и мелочь — но с победой мы вернулись или нет? И не меня ли недавно пытались завербовать весьма небедные люди? Так пусть их расположение увижу не только я, но и весь полк.

— За мной! — я решительно развернулся и, оставив казаков у входа, отправился обратно в занятый наместником дом.

Там меня никто уже не ждал, но и останавливать не стали. Вечер, народу мало, а на карауле те же солдаты, что меня видели меньше получаса назад. Проскользнув по уже знакомому коридору, я постучал в дверь и аккуратно ее приоткрыл. Алексеев уже закончил курить и сейчас сидел за столом, закопавшись в бумаги. Работал, складка на лбу еле заметно шевелилась, словно следуя изгибам мысли начальства.

— Разрешите, — я еще раз постучал, чтобы меня точно заметили.

— Макаров? — наместник искренне удивился. — Вы зачем?

— Я… — сначала хотел вывернуть все по-хитрому, но, глядя на заработавшегося Алексеева, передумал. — Я, когда вы намекнули о повышении и важной задаче, не решился чего сразу просить, чтобы не показаться слишком жадным. Но вы, если что, спросите у генерала Засулича, я всегда все в дело пускаю.

— Ближе к сути, — наместник начал раздражаться.

— Насчет обеспечения моего корпуса я вас еще отдельно попрошу, — я не поддался и продолжил гнуть свою линию. — А пока можно выдать 22-му стрелковому немного шампанского и жареной курочки, чтобы отметить возвращение?

— И вы, полковник, сами о таком просите? Меня?

— Так вы тут единственный, кого я знаю. А солдаты с офицерами хорошо себя показали, хочется наградить.

— В счет вашего ордена? — Алексеев смерил меня взглядом. Нашел чем пугать.

— В счет. Я согласен на медаль, — от удачно вставленной цитаты на губах появилась улыбка.