Японская война. 1904 (СИ)

Впрочем, через мгновение впереди показалась группа высокопоставленных офицеров, и странная девушка разом вылетела из головы. Итак, наше появление заметили, теперь осталось правильно доложить обо всех наших достижениях, и можно отдыхать. Солдаты явно тоже это поняли и начали выкладываться на полную: песня и музыка стали громче, шаг четче, движения резче. И вот так, словно единый механизм, мы прошли последние метры.

Сигнал остановки, все замерли, а я, приметив генеральские погоны на одном из встречающих, поехал докладываться."

"— Полковник Макаров, вернулся с позиции у Тюренчена. Атаку японцев отбили, отошли ночью, готовы к новым распоряжениям, — я спрыгнул с коня и вытянулся во фрунт. Мелькнула мысль, что по уставу докладывать нужно было совсем по-другому, но… Что-то наш марш и меня воодушевил. Вот и не удержался.

— Полковник… — генерал начал было что-то говорить и тут же сбился. — Что значит отбили атаку японцев? Засулич же докладывал, что был вынужден отступить, чтобы не допустить окружения.

— Враг нанес отвлекающий удар гвардией, а потом попытался обойти нас 12-й дивизией Иноуэ, — я заодно обратил внимание на одну из общих тактик Японии на этой войне: использовать гвардию для отвлекающего маневра. — Мы смогли устоять, и в итоге в районе пяти часов вечера враг отвел свои войска за Ялу.

— Каким образом вы смогли их сдержать? — задал вопрос еще один генерал, присоединившийся к разговору. Вернее, адмирал, если судить по мундиру.

— Ваше высокопревосходительство, — я вежливо склонил голову, сделав единственный возможный вывод о том, кто так неожиданно попался мне на пути. — Все просто, мы укрепили позиции. Отходили, когда враг начинал огневую подготовку, и встречали его, когда тот лез вперед.

— И все? — наместник Алексеев мне явно не поверил.

— Еще была надежда устроить японцам битву при Геттисберге — придержали нашу батарею за пределами работы их гаубиц, а потом вдарили на все собранные три тысячи снарядов.

— Сколько? — первый генерал закашлялся. — Сколько у вас было пушек? И сколько вы стреляли?

— Полчаса, 8 пушек, никакой контрбатарейной стрельбы, работали только по пехоте. И знаете, ваше превосходительство, — теперь я признал и Куропаткина, — что-то мне подсказывает, что дальше мы будем тратить этих снарядов только больше. И мы сами, и японцы!

Следующие десять минут из меня вытрясали все детали сражения на Ялу, потом подробности нашего отхода, особенно заинтересовавшись слухами о высадке при Бицзыво. Оказывается, наша ставка об этом только догадывалась и точную информацию еще ожидала. Правда, мне словно до последнего не хотели верить.

— Откуда тут 11-й полк? — продолжал пытать меня Куропаткин.

— Помогли им отступить, а потом они помогли нам удерживать японцев.