Японская война. 1904 (СИ)

Победили, а теперь отойдут, чтобы сберечь людей.

— Но почему тогда они не ушли сразу?

— Чтобы каждый наш солдат хорошенько запомнил, кто нас победил. Чтобы этот день, это отступление, эти холодные воды Ялу навсегда остались в нашей памяти.

— Но сражаться сил у них нет? Так, может, собьем их? — глаза обычно спокойного Хасэгавы загорелись.

— Вы сможете поднять своих солдат в бой? — Куроки задал вопрос, на который уже знал ответ.

Хасэгава вспыхнул, но потом отвел взгляд в сторону."

"— Не надо злиться, — Куроки продолжал смотреть на другой берег, словно пытаясь найти взглядом вражеского командира. — Нам сегодня преподали очень ценный урок. И лично я буду за него благодарен: выучу его, стану сильнее, и в следующий раз посмотрим, на чьей стороне окажется победа.

— Но наши союзники… — замялся генерал гвардии. — Нам же говорили, что поражения могут отвернуть их от нас.

— А официально мы и не проиграем. Всех журналистов и наблюдателей пустите на поле боя завтра. Мы ведь взяли переправу, вышли в Маньчжурию, так разве это поражение? Нет, и для всех мы будем придерживаться именно этой позиции.

На следующий день все было именно так, как он и предсказал. Русские отошли… Спокойно, аккуратно, забрав не только все свои припасы, но и целые пушки из подбитых на центральной позиции батарей. Подло, конечно, красть чужие трофеи, но… Душу Куроки грели новости с юга. Армия Оку начала высадку в Бицзыво, и именно он прикрыл ему тыл, давая возможность сосредоточиться только на Порт-Артуре. Теперь нужно взять крепость, и вся война уже не будет напрасной. Главное, сдержать удар, когда русские попробуют прорвать окружение. Немного страшно… Но может ли их армия быть одинаково хороша и в защите, и в атаке?

Нет, новое сражение точно будет легче. Тем более, общее командование, не только в штабе, но и на земле, принимает Ивао Ояма, и уж он-то без всяких сомнений сможет просчитать все русские хитрости… Их страну часто представляют медведем, но, возможно, им больше бы подошел иероглиф «ко», лисица.

— Тайсё, рады снова вас видеть, — к генералу с вежливым поклоном подошли потерянные в Согёне иностранные наблюдатели, Гамильтон и Макартур. Кажется, русские решили оставить ему хоть какой-то подарок.

Правда, подарок-то был с гнильцой. Если до этого у генерала была надежда сохранить в тайне некоторые повороты вчерашнего сражения, то теперь все детали точно уйдут в Лондон и на ту сторону Тихого океана. Второе даже хуже. Как Куроки знал из слухов, новые кредиты Япония рассчитывала получить именно от американских банкиров. И пусть пока Якоб Шифф настроен к ним очень доброжелательно, все может разом измениться, если шансы на возвращение инвестиций начнут уменьшаться.