Японская война. 1904

– Второй – вы дадите мне дополнительные силы, чтобы я смог выполнить ваш приказ. Мне нужны пушки и люди!

– Кавалерию не дам, – сразу припечатал Одишелидзе. – Сейчас все конные части используются для патрулирования железной дороги, чтобы не дать японцам ничего с ней сделать.

– То есть у нас есть кавалерия, которой нет у японцев, но мы ее не используем, а держим в тылу просто на всякий случай?

– Не вам после поспешных решений вчера вечером спорить со стратегией генерала. Но просто представьте, что было бы, если бы японцы смогли перерезать линию снабжения!

– Запасы еды и снарядов у нас на несколько дней – восстановили бы, – я пожал плечами. – А вы представьте, что сделали бы корпуса Самсонова и Ренненкампфа, если бы мы пробили им дорогу в тыл японцам!

Забавно, что именно эти двое, что начнут русскую кампанию в Первой мировой, здесь тоже работают вместе. И тоже не очень удачно.

– Оставьте свои фантазии, – Одишелидзе покраснел. – Кавалерию вам в любом случае если и просить, то не у меня.

– Тогда пушки!

– Новые скорострельные не дам. Без них во второй линии все теряет смысл, – снова заупрямился Одишелидзе, а я неожиданно понял, что он ведь пытается воплотить в жизнь точно то же самое, что у него так и не получилось при Ялу.

– А ведь вы тогда оставили нас и 6-ю дивизию против японцев не случайно, – я посмотрел прямо в глаза бывшему полковнику. – Тоже хотели их выманить и расстрелять, только не рассчитали с грязью и силой японских гаубиц!

– А разве вы, Вячеслав Григорьевич, в итоге сделали не то же самое? – Одишелидзе оскалился. – Тоже выманили японцев, тоже расстреляли их. Воспользовались моим планом, а теперь упрекаете?!

– В отличие от вас я сам стоял на первой линии и сам сдерживал первый удар, выманивая врага, – мы несколько секунд молчали, а потом я напомнил: – Пушки!

– Могу оставить вам ту батарею, что вы вывели с Ялу.

– Она и так наша, – я понял, что Одишелидзе так просто не сдастся. К счастью, я пришел сюда подготовленным. – Если не пушки, меня устроят мортиры.

– Вы имеете в виду 6-дюймовые мортиры образца 1886 года? – Одишелидзе задумался.

– Мортирные полки недавно как раз свели в дивизионы, мне бы одного и хватило, – осторожно предложил я.

В мортирных полках было по две батареи, в каждой по шесть пушек, итого я просил довольно много, но… Кажется, сам Одишелидзе был не особо заинтересован в старых орудиях. А зря, между прочим. Мортира Энгельгардта – это не какая-то кустарщина, а совместное производство Обуховского завода и Круппа, еще когда у немцев был Бисмарк, и мы с Германией считались союзниками. Да, мортира медленнее новых пушек, да – тяжелее, зато она бьет навесом и у нее есть фугасные снаряды, что в сопках Маньчжурии дорогого стоит.