Японская война 1904. Книга 6

Чем одновременно хорош и раздражает 20 век, так это той скоростью, с которой меняется мир вокруг. Стоит даже не остановиться, а просто замедлиться, и другие лидеры обходят тебя на несколько корпусов. Была надежда, что мне помогут контакты моих знакомых, но…

— Это возмутительно, — Огинский закончил чтение и бросил бумаги на стол. — Что немцы, что американцы — они словно не сделку предлагают, а описывают условия, на которых заберут себе вообще все!

Очень верное замечание. Когда я через Лондона и Винклера только получил ответы на свое предложение о совместной разработке маньчжурских недр из Штатов и Германии, моя реакция была примерно такой же. И ведь у меня на руках были взятые во время боев итоги десятков японских экспедиций, тайных и явных, когда они после войны 1899 года излазили половину восточного Китая и Кореи. Конкретные месторождения, готовность обустроить всю инфраструктуру… Увы, в это время делиться с местными по-честному явно не принято."

"Единственное, что меня в тот момент порадовало, я не стал спешить с вопросами по взрывчатке. Время есть, и лучше усилить свою позицию для более-менее нормального торга, чем поспешить и упустить такую возможность без особой пользы. Да уж, сколько мне еще предстоит узнать о международной торговле и как сильно она отличается от наших небольших договоренностей в рамках Китая.

— «Металгесельшафт» из Франкфурта еще даже божеские условия выставляет, хотят всего восемьдесят процентов, — заметил Мелехов, который тоже закончил чтение.

— Но остальные двадцать требуют вкладывать в развитие производства, — вернул Огинский. — Учитывая, что они же будут формировать сметы, все это — просто красивая обертка, чтобы опять же выгребать все деньги из нашего кармана. Американцы в этом плане даже честнее. Концессия на двадцать лет в пользу «Гугенхайм эксплорейшн компани», и они даже обещают учитывать положения о «Фабричных инспекторах» и «Найме рабочих».

— Фабричные инспекторы — это те, которые следят за условиями детского труда? — уточнил я.

— Все верно, — кивнул Огинский. — Так это было изначально, но с 1897-го им добавили еще контроль за исполнением закона о 11,5-часовом рабочем дне, ну и о выплатах за травмы на производстве. Это указ от прошлого года. Не идеально, но гораздо лучше, чем было еще недавно.

— И нас это устраивает? — Мелехов посмотрел на меня. — Нет, я понимаю, что вы хотите использовать редкие металлы, чтобы дорабатывать двигатели, броню, создавать станки и инструменты, но… Это же грабеж.

И да, это грабеж. И опять же да, я хочу начать активно использовать редкие металлы. За последние дни я постарался восстановить побольше воспоминаний на эту тему и немного дополнил уже известное в это время.