Янтарь

умудряясь даже передавать друг другу топор, и не обращать внимания на вопли отца, который не мог спокойно усидеть на одном месте, каждый раз вопя за очередной провал в нападении, или пытаясь подсказать, каким образом Карата можно завалить. А главное за что именно схватить, чтобы он тоже удивился!

Поэтому, да, ты виновата.

Теперь ее душа была спокойна и больше не горела в самом центре ада от ожидания.

Тайги и Янтаря дала болезненную трещину. словно израненное сердце осыпали солью. делая это намеренно. медленно и с чувством какого-то маниакального удовлетворения.

— Не вякай мне тут! Ты отправил моего сына к Палачам?!!

Это прозвучало так, словно отец угощал всех за свой счет!

Ну, разве можно было отказать тому, кто смотрел в мои глаза так тепло и по родному, касаясь нежно и заботливо своей большой горячей ладонью?

Странные и противоречивые чувства, от которых почему-то начала смущаться даже я, ощущая, как Янтарь быстр опустил голову, вглядываясь в мое лицо и широко улыбаясь.

Лишь спустя какое-то время я начала понимать, что Тайга предпочитает идти всегда в нападение и ловко размахивать топором, тогда как Звезда словно ждала удачного случая, чтобы напасть и предпочитала заправски махать своими длинными стройными ногами, или косой, которую использовала вместо удавки и орудия.

— Я!

Будто его окунули в красную реку, что отобрала все его силы, не оставив и капли, чтобы он мог хотя бы открыть свои солнечные глаза.

Если бы только речь шла об обиде, было бы не так страшно!

— До этого конца? — прикусив его вкусную пухлую нижнюю губу. я умудрилась ловко просунуть руку между нашими телами. обхватывая ладонью то, что жаждало моего внимания больше всего остального. вытянувшись от всепоглощающего возбуждения так, что просто не помещалось в моей руке.

Ни обнаженной, ни одетой!

Это было так приятно, что в какой-то момент захотелось закричать, выгибаясь в позвоночнике так сильно, чтобы ощутить, как он проник в меня до такого предела, где еще не был даже тот, кого я любила когда-то, и кто стал моим первым мужчиной.

Горячие слегка шершавые пальцы коснулись моего лица мягко, но жадно, когда я разлепила сонные ресницы, тут же утонув в золотом океане таком ярком и горячем, что можно было бы получить ожог сетчатки глаза от этого невероятного свечения, словно само солнце расплавили и пустили по тонким бороздкам этих волшебных глаз."

"Я даже как-то растерялась, в первую секунду решив, что, возможно, не имею права входить в святая святых без позволения мамы Зои, поскольку все таки этот большой дом был её, пискнув испуганно:

Я не могла заставить себя сидеть вместе с Берами в большом зале, и пошла в спальню к малышам, пытаясь собраться с мыслями и побыть немного в тишине, даже если слышала голоса мужчин.