Яма (СИ)

— Смотришь же, с виду нормальный мужик, жену потерял, настаивает на расследовании, говорит, что спать не может спокойно, с детьми возится, а потом… открывается вся картина событий — и впоследствии уже я спать не смогу.

— Не смешивай ты коней с людьми. Это работа, — весомо повторил Михаил, сильно сомневаясь в том, что впечатлительность Олега с опытом пройдет.

— К черту такую работу!

Горе-муж оказался подготовленным. Встретил опергруппу с недюжинным сопротивлением, впоследствии которого Саврань получил серьезное ранение.

[1] Специальный приемник для содержания лиц, задержанных в административном порядке.

25.3

Размашистыми бодрыми шагами Сергей пересек огромную гостиную родительского гнезда и, двигаясь на шум голосов, вышел через стеклянные двери на террасу.

Первой в поле зрения попала прыгающая на батуте Катя. Она, очевидно, больше захватила от отца-рама-два-Вандама, потому как мать часто с восторгом кому ни попадя хвасталась, какая внучка крепкая и рослая. Серега раньше мало понимал, в чем, собственно, суть этой радости — ребенок, как ребенок. Но сегодня ему действительно показалось, что Катька стала большой. Вроде совсем недавно вынесли из роддома куль, и вот-уже на человека становится похожей.

— Катюша, вылезай, доча. Хватит прыгать.

— Еще! Еще, мамочка!

— Пять минут.

— Шесть! Я люблю шесть!

— Хорошо. Шесть, и все.

— Здравствуй, пап, — вынимая руки из карманов брюк, Град поздоровался с отцом.

Николай Иванович улыбнулся и, чуть приподнявшись в плетеном кресле, ответил на рукопожатие.

— Здравствуй, сын. Дела как?

Тот, дернув удавку галстука, поморщился.

— Как обычно.

— Только со службы? — спросил отец, заметив в распахнувшемся пиджаке прикрепленную на боку кобуру.

— Разрядил, — кивая на Катю, тут же отчитался мужчина.

Подъезжая к дому родителей, делал это уже на автомате.

— Сережи, — всполошилась заметившая его мать.

Придерживая полу длинного цветастого сарафана, бросилась обнимать сына.

— Привет, мама.

— Ты один?

— Ну, а с кем?

Кивком поздоровался с подошедшей сестрой, пожал руку зятю. Леська, конечно, не удовлетворившись, с хитрой улыбкой тоже кинулась его обнимать. Умышленно звонко чмокнула в гладко выбритую щеку.

— Не родилась еще та несчастная, да?

— Не знаю… А вдруг… — расплылась в коротких бессмысленных фразах мать. — Мы ужинать собирались. Останешься? Зинаида Викторовна приготовила лосося с оливками и каперсами.

— Останусь. Ненадолго.

— Все так серьезно теперь, начальник подразделения уголовного розыска, да? — подразнивала Сергея сестра. — Почему ты не по форме?

— Потому что не обязан.

— Галстук классный! — дернула за стальной хомут. — Умею я выбирать, однако.

— А то. Давайте уже вашу рыбу.