Доза красивого яда (ЛП)

 Половина парней раздражена, в то время как другая половина слишком занята, разглядывая ее — то, что я изо всех сил пытаюсь игнорировать. И потом, есть Кэм.

— Ты издеваешься надо мной, — говорит он, качая головой, в полном отрицании.

Тренер смотрит на меня, и я улыбаюсь, мысленно говоря ему: «Я же тебе говорил». Я могу понять, почему он думал, что я буду его самой большой проблемой, когда дело дойдет до этого. Во мне нет ничего, что кричало бы о балете на льду, и у меня никогда не было проблем с отказом что-либо делать.

Например, тренировка, которую я пропустил. Когда я пришел в следующий раз, тренер сказал мне, что мне придется наверстывать упущенное. Последнее, чего он, вероятно, ожидал, это того, что я скажу ему, что у него было больше шансов, что я разглажу каток своим языком, и что он может отвалить и найти нового второго капитана, если ему это не нравится, но это именно то, что он получил.

Это, однако, другое.

Кэм и Лейкин действительно близки. У них есть связь, которой нет у большинства братьев и сестер. Но между ними всегда была какая-то динамика. Кэм — типичный старший брат — пугающий и защищающий до невозможности, когда дело касается ее. Лейкин, с другой стороны, — принцесса в башне. Не поймите меня неправильно, она может вырубить кого-нибудь, даже пальцем не тронув. Если бы кто-нибудь другой попытался относиться к ней так, как будто она в них нуждается, он пожалел бы о своих словах еще до того, как закончил их произносить. Но с Кэмом она это допускает.

Именно поэтому необходимость учиться у нее — удар по самолюбию Кэма.

— Я этого не делаю, — говорит ему тренер. — У всех вас большой потенциал, но больше всего вам нужно совершенствоваться в основах. Умение контролировать шайбу ни к чему тебя не приведет, если ты не умеешь кататься на коньках.

Айзек хмыкает. — Она прославленная танцовщица на льду. Она не может научить меня ничему, чего я уже не знаю. — Он оглядывает ее с ног до головы и ухмыляется. — Если только она не захочет перенести это в более уединенное место.

Моя челюсть сжимается, когда Лейкин закатывает глаза.

Кэм поворачивается и свирепо смотрит на Айзека. — Заткни свой чертов рот, пока я не заткнул его за тебя.

— Только не это снова, — раздражается тренер. — Послушайте. Это не подлежит обсуждению. Если тебе это не нравится, иди и отсидись. Но если вы находитесь на скамейке запасных во время этого, вы можете ожидать, что будете на скамейке запасных и во время игры.

Все стонут, им явно не нравится идея учиться у фигуристки. Некоторые из них даже не согласны с тем фактом, что это Лейкин. И пока я стою здесь, зная, насколько она предпочла бы быть сейчас где-нибудь еще, чем в одной комнате со мной, я не могу на это больше смотреть.

— Хорошо.