Прекрасный яд

Престон протягивает руку и обхватывает мое лицо, впиваясь пальцами в мой череп, как будто хочет сломать его.

Страх сковывает мои конечности, и я не смею дышать.

— Тебе нужно научиться затыкаться, блять, — его голос становится жутко холодным, совершенно не похожим на его обычное беззаботное поведение. — Ты и этот грязный Осборн — не более чем насекомые. Вы можете немного пожужжать, даже ужалить и доставить мелкие неприятности, но сильно не заблуждайтесь, я могу раздавить вас, когда захочу. Я положу конец вашей жалкой, раздражающей жизни, когда сочту нужным.

Давление в голове нарастает, и я думаю, что он выполнит свое обещание.

Он убьет меня.

Я чувствую это костями — он сломает мне шею и уйдет, как ни в чем не бывало.

А потом ему все сойдет с рук, потому что он родился в нужной семье, а я — никто.

Его рука исчезает.

Я приоткрываю губы и моргаю, чтобы прогнать слезы, наполнившие глаза, когда Кейн появляется передо мной.

Он высокий. Выше, чем обычно. Он частично закрывает мне обзор, и я вижу только его широкую спину, закрывающую лицо Престона.

И впервые я не испытываю отвращения к его спине.

— Уходи, — спокойно говорит он.

— Я был занят, Девенпорт. Может, это тебе уйти?

Я впиваюсь пальцами в капюшон Кейна. Не знаю, что только что произошло, но я была уверена, что Престон собирался убить меня.

Я понимаю, что это жажда крови. Я почувствовала красную пелену в его прикосновении и в каждом его слове.

Это человек, который, вероятно, убивал раньше и сделает это снова без колебаний.

— А теперь ты свободен, — говорит Кейн, не обращая внимания на мою руку. — Уходи.

— Мне плевать на твои приказы. Отойди.

Моя рука дрожит. Что, если Кейн позволит ему сделать все, что он хочет, чтобы преподать мне урок?

Во что я вляпалась?

— Еще раз дотронешься до нее, и ты лишишься руки, Армстронг.

Престон громко хохочет.

— Это угроза?

— Предупреждение. Далия — моя, и я ясно дал понять, что не люблю, когда другие трогают то, что принадлежит мне.

Наступает долгая, невыносимая тишина, прежде чем Престон с силой ударяет плечом Кейна. Затем он уходит.

Я не смотрю на него, сосредоточившись на своем дрожащем, прерывистом дыхании.

Что это за чувство? Всплеск адреналина? Ощущение, что я чудом избежала смерти?

— Ты будешь держаться за меня вечно?

Я отпускаю его толстовку и морщусь, глядя на смятую ткань.

— Прости.

Кейн поворачивается ко мне, его лицо непроницаемо, глаза темные.

— Это все, что ты можешь сказать?

— Спасибо.

— Вместо того чтобы благодарить меня, научись понимать обстановку и выбирать, в какие конфликты ввязываться, — его тон резкий, гневные слова режут меня, как ножи.

Я никогда не видела Кейна таким взбешенным. Черт, я даже не думала, что он способен на такую ярость.