Девочка-яд

"

"– Ты совсем берега попутал? Верни меня в клуб! – заорала я как резанная.

А в ответ тишина…

– Сейчас же, Аверин! Ты вообще откуда такой смелый вылез? Сохранился, да? Ну так я тебе сейчас глаза повыцарапаю, коль так! Неандерталец хренов, тоже мне!

– Не беси меня, – припечатал меня грозным взглядом, но я только фыркнула и задрала ноги на приборную панель, – эти две малолетки уже обдолбанные в хлам. Хочешь кончить так же? А потом проснуться по утру под столом в луже чьей-то рвоты?

– Не делай вид, что тебе не плевать на то, где я засыпаюсь и просыпаюсь. Актер из тебя так себе!

А в груди все бурлит и пенится. Легкие – будто стекловата. Кровь – концентрированная серная кислота. А он как чертов айсберг и это бесит еще больше. Ничего не отвечает, только качает своей тупой башкой и все! Скотина!

Спустя всего двадцать минут мы поднимались к входной двери нашего временного дома, я попыталась вывернуться, но он жестко держал меня за плечо. Но у самой двери своей спальни я не вытерпела и зашипела ему прямо в лицо:

– Убери! Свои! Руки! От меня!

Тычок в грудь, и я влетела в комнату, а он за мной и дверь за собой захлопнул. Прет на меня, а я пячусь назад, пока не упираюсь ногами в кровать, а потом и вовсе не падаю на нее.

– Какого хрена, Яся? – и я чувствовала, что он пышет гневом, но только вот и я недалеко от него ушла.

– Котлета я, – огрызнулась и поджала губы.

– Да прекрати ты! – почти закричал он.

– Но ты так сказал! И не только это, – и голос мой вновь обиженно дрогнул.

– Послушай, – рассек он ладонью воздух, а потом ей же вцепился в свои волосы.

– О, избавь меня от этого, Аверин! Я наслушалась уже тебя, мне, пожалуй, довольно, – всхлипнула и задохнулась.

– Нам надо поговорить!

Я вскочила на ноги и со всей силы толкнула его ладонями в грудь, а потом мстительно затараторила:

– Убирайся отсюда! Не чета тебе, великому и распрекрасному, рядом с грязной котлетой находиться! Да и мне этого не надо. Слышишь? Я не ненавижу тебя! – и рыдание все-таки вырвалось из моей груди, – Ненавижу!

– Яся, – потянул он ко мне руки, но я только замахнулась и со всей дури всадила ему пощечину.

Бам! И ладонь заломило почти так же сильно, как и сердце в груди. И слезы катились по лицу неудержимым потоком.

– Поправочка, – плакала я, – скотина ты, Аверин, великая и распрекрасная скотина!

– Яся, ну прости ты меня, пожалуйста! – и он снова попытался подступиться ко мне, а я только снова зарядила ему очередную оплеуху.

– Ты так сказал – неинтересная котлета! Зачем ты так сказал? – голос сбился и срывался на отчаянные всхлипы.

– Малышка, – все-таки схватил он меня за руки и прижал к себе, а я окончательно сорвалась с цепи.