Я выбираю...

 — Его жена бросила, так он два дня пил не прекращая. Вроде всё было под контролем, он уже даже в себя приходить стал. Но сегодня ночью что-то пошло не так, он за ружьё схватился и порывается к жене ехать. Мы его пока заперли в кабинете, но ружье отобрать не смогли, он по нашим стрелять начал."

"— А вы там случаем не ох…?! — выругался я, представляя, как откручу шеи всей смене.

Уже через семь минут я мчался за город к Гринбергу. Даже зубы не почистил. Григорий Яковлевич был старейшим клиентом моей фирмы. Можно сказать, что с его протекции всё и завертелось. Я сам когда-то начинал бегать в его личной охране. И как-то между нами завязались доверительные отношения, после чего с его подачи появилось всё остальное.

Я уже давно не занимался его делами напрямую, были ребята, которые непосредственно отвечали за его безопасность, мне же оставалось только изредка наносить визиты вежливости и иногда проверять работу своих же сотрудников.

Гринберг был известным ювелиром не только в нашем городе, но и во всём регионе, поэтому без охраны ему было нельзя. Слишком много всего «интересного» хранилось в его доме. Во всём остальном это был самый простой, местами даже скромный старик. И было у него всё хорошо ровно до того момента, как не приспичило нашему Григорию Яковлевичу жениться на молодой и прыткой Лиличке. Это неземное создание с белыми кудрями и огромными наивными глазами не понравилось мне с первого взгляда. Было в ней что-то такое… чистое, доброе, ранимое… но только всё чересчур. Из-за чего сразу рождалось ощущение, что всё это не настоящее, ненатуральное. Но ведь моего мнения никто не спрашивал, поэтому я смолчал. Мы с Дашей даже на свадьбу сходили.

И вот, спустя два года счастливого брака с немолодым, но богатым мужем наше ангелоподобное создание Лиличка свинтила куда-то в закат. Оставив Григория Яковлевича убиваться по потерянной любви. И что-то мне подсказывало, что мой клиент осознал ещё не все масштабы катастрофы, и не мешало бы ему провести ревизию в своих сокровищах.

На территорию загородного поместья меня впустили сразу же, ещё и в постройке смирно выстроились. Я одарил всех красноречивым взглядом, не сулящим всей смене ничего хорошего.

Потом появился старший, запыхавшийся после бега до меня.

— Ну?

— Всё так же. Сидит у себя в кабинете, при любой попытке зайти к нему начинает стрелять.

— Откуда у него вообще ружье?!

— Для оценки кто-то принёс. Историческая ценность что б её…

— Причём тут Гринберг и оружие?! — не понял я ничего. — Он же ювелир.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍-Так оно с камушками какими-то.

Я выругался.