Я все снесу, милый

Юлиан все-таки усмехнулся, и Зоя не выдержала:

– Почему?

Широко расставив ноги, мужчина встал напротив шезлонга, на котором она продолжала сидеть, съежившись и всеми силами пытаясь не выказать растерянности.

Зоя снова сглотнула.

Его естество находилось на уровне ее лица.

И в голове промелькнула крамольная мысль: а каков он на вкус?

– Что «почему»?

– Остановился, – негромко сказала она, отворачиваясь.

– Так я вроде и не останавливался. Ты получила удовольствие. – Она все-таки дождалась ироничных ноток в его голосе.

– Ты мог тоже.

– Зоя, считай, что я решил тебе показать, что не всегда бываю высокомерным ублюдком.

– Ты же говорил, что не читаешь моих мыслей? Откуда… – она оборвала себя, поняв, что снова проговорилась.

– Милая, думаешь, ты одна считаешь меня таковым?

Мрасс, которого, видимо, нисколько не смущал эрегированный член, магнитом притягивающий взгляд Зои, опустился на соседний шезлонг и лениво закинул руки за голову.

– И тебя не тревожит, что ты производишь отталкивающее впечатление на людей?

– Интересно, кого и когда я оттолкнул?

Его самоуверенность не знала границ.

– И правда! – в раздражении воскликнула Зоя, приказав себе перестать смотреть на его тело. Да, хорош. Да, привлекателен. Но на этом все! Не стоит забывать, кому именно принадлежит это тело.

Но что он с ней делал… Господи… Она до сих пор чувствовала откаты оргазма и то, как у нее между ног все «играло».

Чтобы скрыть неловкость, встала и прошла к борту яхты. Обняла себя за плечи и устремила невидящий взгляд к голубому горизонту.

– Юлиан, все равно не понимаю, – она впервые назвала его по имени и, так как стояла к нему спиной, не могла видеть, как на мгновение напряглось его тело. – Объясни.

– Что именно? Уточни.

– Зачем тебе нужна моя симпатия? Еще несколько дней назад ты без зазрения совести подумывал меня изнасиловать. Сегодня доводишь до оргазма, оставшись неудовлетворенным.

– Милая, если тебя так беспокоит моя неудовлетворенность, я не буду возражать против минета.

Хорошо, что он не видел ее лица! К нему прилила кровь, и оно стало пунцовым.

От смущения.

От возмущения.

От возбуждения.

Волна желания снова захлестнула Зою. Да что же это такое?! С гормонами надо что-то делать!

– Я как-нибудь воздержусь, – фыркнула Зоя и позорно сбежала в каюту.

Лишь оказавшись в прохладной комнате, поняла, что он умело ушел от ответа.

* * *"

"На виллу они вернулись ближе к ночи. Зоя попросила. Ей не хотелось ложиться спать, мирно покачиваясь на волнах. Она подозревала, что и ночью сон будет тревожным, что кошмары не оставят ее. Поэтому решила воспользоваться верным способом для успокоения души – готовкой.

На палубе похозяйничать на кухне будет проблематично. Кок – мужчина. А делить с мужчиной кухню – тот еще геморрой.