Я вернусь (СИ)

— Ты не должен никому говорить, Морт, о том, что здесь произошло, это очень важно. Я сам разберусь. — уронив голову на грудь и, исподлобья глядя на друга, попросил Рэм.

— Хорошо, как скажешь, но девку на твоем месте я бы сдал в Бредом. — посоветовал Морт. — Кто знает, что ей еще взбредет в голову, она ведь не весть откуда взялась, может они все там умалишенные. А так будет спокойнее, из Бредома не выходят, ты сам знаешь.

Рэм промолчал. Он не знал, что ему теперь с ней делать. Им овладело какое-то оцепенение, и он никак не мог выйти из него и осмыслить то, что здесь произошло. Вскоре Морт покинул его, и Рэм отправился к себе, чтобы наконец-то принять ванну и перекусить. Предусмотрительный Тройсон уже организовал и то и другое в его покоях.

Всю оставшуюся часть ночи, он просидел на стуле возле ее кровати, прислушиваясь к дыханию девушки. Он ждал пока она сама очнется, ему хотелось быть уверенным, что она выкарабкается. Сначала он не понял, что его беспокоит, но когда присмотрелся, увидел крошечное темное пятно на уровне ее груди, не больше горошины. Он попытался его убрать, привычным ему способом, но не смог. Оно будто впиталось в нее. Повторив безуспешно еще несколько раз, он оставил эти попытки. Какая теперь разница?"

"Его так сильно поразил поступок девушки и все казалось, что он ошибается, что это не правда. Пытался придумать варианты того, что могло бы произойти в эту ночь, но разум твердил, что это правда. Она сама это сделала. Но зачем? Молодая, красивая девушка, все еще только впереди. Дни жизни, драгоценного подарка, наполненные эмоциями, делами, мыслями, переживаниями.

Он видел столько смертей, умирали молодые и старые, здоровые и больные, но за все годы своей работы так и не привык к смерти и, наверное, никогда не привыкнет. Она казалась ему чужеродной, тем, что случайно попало в этот мир, то что не имело права здесь существовать.

А что решила Кристина? Решила умереть, да еще и погубив это место огромным выплеском эсмэ и попутно наградив его проклятьем, от которого он бы мучился до конца своей жизни, без возможности заниматься любимым делом. Ведь не зря всех самоубийц, кого удавалось вытащить, навсегда отправляли в Бредом, где они и существовали весь остаток своей никчемной жизни. Такие как они не заслуживали жить, так как призывая смерть самостоятельно, в сотни раз увеличивали выплеск эсмэ. Она как будто радовалась приглашению и щедро одаривала за это. Но такие люди в Ливосе были большой редкостью, только совсем отчаявшиеся. Неужели Кристина тоже настолько отчаялась, что решилась на это? Он спросит у нее утром и лично во всем убедится, прежде чем принять решение. Проблеск жалости скользнул и исчез, стоило только вспомнить о разрисованном портрете в кабинете. Она еще и забавлялась.