Я твой монстр. Книга 2

Несколько раз я теряла сознание, приходила в себя, захлебываясь под ледяным душем и неизменно ощущая на себе руки императора. Если это можно было назвать руками… Хватка у Изаму была такая, что я вполне себе начала подозревать наличие протезов вместо рук.

* * *Вязкая муть интоксикации отступила на рассвете не знаю какого дня.

Я открыла глаза и посмотрела на поднимающееся солнце. На мне была только белоснежная простыня, зато матрас мне достался поистине царский. В том смысле, что императорских кровей.

– Маари, как ты? – уже без издевательского тона, заметно взволнованно спросил император.

К сожалению, не сдохла.

К моему огромному сожалению.

– Глупый мотылек, ты меня чуть с ума не свела, – прошипел Изаму и, рывком поднявшись с кресла на террасе, унес меня в спальню.

Судя по отделке – свою.

Несколько глотков травяного чая, и я снова провалилась в небытие.

Я не хотела оттуда выныривать. Не хотела… Я вообще ничего не хотела. Но меня, к сожалению, никто не спрашивал.

* * *– Госпожа! Госпожа Мари, вам нужно выпить чай.

Настойчивый девичий голос звал меня уже несколько минут как, и я даже уже почти проснулась, но совершенно не хотела реагировать.

– Госпожа, пожалуйста, иначе император накажет меня! – В испуганном голосе отчетливо ощущались подступающие слезы.

Я медленно открыла глаза.

Все та же трижды проклятая дерсенгами спальня. Минимализм, черное дерево низкой кровати, черный деревянный столик для чаепитий у выхода на террасу, черная ветка на стене в качестве единственной декорации.

– Госпожа, вы пришли в себя! Какое счастье!

Серьезно?

Я посмотрела на служанку, которая продолжала держать поднос с одной-единственной глиняной чашкой на нем. Девчонке было лет семнадцать. Совсем ребенок. Запуганный, дрожащий, готовый разреветься ребенок. Зачем он оставил присматривать за мной ребенка?

– Госпожа, – очередной поклон, – если вы не выпьете чай, меня накажут."

"А-а, ну теперь понятно – император знал, кто я. Знал мои возможности. Знал, на что я в принципе способна. А еще он не был глуп и заметил, что Полудохлый по моему сигналу увел тогда Юмичи из зала. Защищая ребенка тогда, я даже не подумала, насколько сильно открылась перед повелителем Ятори. А зря.

– Дай-ка я угадаю, – мой собственный голос звучал хрипло и как-то незнакомо, – ты самая младшая из всей прислуги.

Девчонка вскинула на меня испуганный взгляд, отрицательно покачала головой и сообщила:

– Я дочь личной горничной императрицы.

Даже так.

– Госпожа, выпейте, пожалуйста. – Она действительно была на грани истерики.

А он знал, что я не обижу ребенка.

Мразь, откуда же вы беретесь, такие умные?!

– Сейчас выпью, – прошипела, пытаясь приподняться.

Вышло не с первой попытки. И вообще не сразу.