Я тебя ждал

Когда шла за ответами, звала его, в голове, где-то на задворках билась мысль, что все это бред больного воображения. Звала, но не верила, что появится.

И вот он передо мной, а я не знаю, что делать, что спрашивать.

Ураган из белой мглы успокаивается. Теперь вижу его довольно отчетливо, по контуру тела, будто испаряясь с его поверхности, стелются белые клубы тумана.

Голова, верхняя часть туловища меньше покрыты им, зато ноги практически утопают в клубах. Так что толком и не рассмотреть. Он в черной одежде. На плече проступает темная татуировка. Что-то абстрактное, замысловатый узор. Однажды, я ее уже видела. Она появлялась на руке у Андрея.

Выдыхаю, только тут осознав, что все это время задерживала дыхание, и легкие уже жжет от недостатка кислорода. Рассматриваю его во все глаза.

Хороший такой мужик, качественный. Высокий, плечистый. Не скажу, что здоровенный, как Ришкин Андрей-гора мышц. У этого все в меру. По тому, как стоит, как держится – видно, что сильный. На каком-то подсознательном уровне эту силу улавливаешь, впитываешь, а еще от него идет уверенность. В себе, в своих действиях, в своей правоте. Это бесит, выводит из себя. Но я по-прежнему стою перед ним, не скрываясь, рассматриваю. Причем одолевает такое чувство, будто он снисходительно позволяет это сделать. Молча, ждет, когда налюбуюсь.

Черт. Внутри смущение поднимается, оттого что впервые вижу того, с кем неоднократно занималась сексом. Странное чувство, так и хочется протянуть ""так вот ты какой"", но молчу. Во рту пересохло, я вообще, похоже, забыла, как своим голосом пользоваться.

Вскинув голову, смотрю ему в глаза.

Жуткие, и в то же время невероятные.

Там одновременно плещется бездонный океан, раскидывает щупальца непроглядный мрак и давит свои превосходствам древняя Вселенная.

Даже дышать перестаю под этим взглядом, ощущая себя маленькой, чуть ли не ребенком.

Древний. Несмотря на то, что выглядит как мужчина в рассвете сил, он – древний. Я даже боюсь предположить, сколько ему на самом деле лет.

Моя решимость поговорить, задать животрепещущие вопросы существенно поубавилась."

"Как тут спрашивать, когда стоишь по стойке смирно и боишься шелохнуться под этим тяжелым, как бетонная плита взглядом?

Что ему от меня надо? ЕМУ! От такой девчонки, как я? Если захочет – раздавит, как муху. Знаю, что ему это по силам.

Понимаю, что он меня использует. Для чего?

Мозг, затуманенный постоянным страхом, постепенно оживает, сбрасывая привычное оцепенение. Со скрипом шестеренки в голове начинать вращаться, анализируя все, что происходило.

В памяти всплывает наше первое тесное общение в бане, когда он, используя удачно подвернувшегося под руку парня сестры, тщательно промассировал, совсем не там, где планировалось изначально.