Я тебя у него украду

Я сделал последнюю затяжку и ощутил, что руки неверные. Будто чужие. – Я приехала ненадолго, буквально поздороваться и уйти, – начала неуверенно, и я остановился у стены гаража и ткнул окурком в камень, бросая тот в урну.

– Пожалуйста, выслушай и не перебивай, – произнесла на сорванном выдохе, будто я горю желанием заткнуть ей рот и начать говорить сам, и продолжила. – В ту нашу последнюю встречу, когда мы поругались…

– Да, я должен был извиниться еще тогда, – вопреки обещанию начинаю говорить и это кажется Иру раздражает, но я понимаю, что был тогда не прав. – Я поступил недопустимо. Прости меня за то, что сделал.

Она на секунду затихает и отводит взгляд, а я не могу отвести свой и как жадный наркоман впиваюсь в ее профиль, запоминая каждую черточку. В груди давит от знакомого, но казалось уже забытого чувства, и я упиваюсь им. Как упивался тогда. Мазохист."

"– Я хотела сказать тебе еще тогда, но разговор не клеился, и поэтому ты все не так понял… – она снова неуверенно мямлила, и я сильнее напрягался, силясь понять, о чем она говорит. – Моя беременность стала для меня шоком, я не знала, как сказать о ней, а ты пришел на взводе, и все перевернул с ног на голову, – потерла лоб, обхватила себя руками, сжала, посмотрела на молчавшего меня, снова нервно закусила губу. Со стороны калитки послышались голоса, видимо гости подтягивались. Оглянулся на них, заметив идущих по двору Иваныча, отца и Алёну. Он уезжал за ней по моей просьбе. Чертовски невовремя…

– И я тогда не сказала тебе, потому что было обидно, ты так обошелся… – Журавлёва говорила не замечая, что Алена увидела нас, и направилась к гаражу. – Но надо было сразу тебе сказать все нормально, но я боялась… – ее нервозность напрягала, хотелось перебить Иру, чтобы не продолжала, Алена уже рядом, но в этот момент Журавлёва подняла на меня взгляд полный слез, и я оцепенел. – Карина не Марка дочь…

– Привет всем! А чего вы тут одни комаров кормите?

– …она твоя…

Машинально обнял Алену, притянул к себе, а потом как эхо от автоматной очереди в горах до меня начало доходить то, что сказала Ира, и меня коротнуло.

Что? – моргнул, не произнося ни слова, язык онемел, тело стало чужим лишь где-то отдаленно бахало сердце и напоминало, что я все еще жив.

– В общем… – она замолчала, дыхание подвело, оборвалось и Журавлёва торопливо и фальшиво улыбнулась Алёне, даже в темноте я заметил неестественную бледность ее лица, и заговорила сбивчиво. – Пойду поздороваюсь с Олегом Геннадьевичем, и попрощаюсь…

Журавлёва рванула от нас так быстро, будто на пожар, а я все еще не мог уложить в голове как так произошло, что она от меня…?

– С тобой все в порядке? – Алена навязчиво маячила под боком, хотелось рявкнуть на нее, но даже это я был не в силах сделать.