Я тебя прощаю. Чужая любовь

 – Боня еще не отошла от порции твоих эмоций."

"– Поэтому я и попросил приступить к работе. Разговор окончен, – прервал ведьму. – Мы уже не одни.

***

Миа помогала и была в курсе много, но посвящать ее во все нюансы своей жизни мне не хотелось.

Волчица коротко пересказала события последних недель и явно сглаживала увиденное и услышанное. В погоне за статусом в стае Эрил пренебрегал собственной парой – и это злило меня куда больше, чем его нежелание подчиняться приказам Платова.

– Где мой брат сейчас? Я ему звонил, но телефон отключен.

Миа неопределенно пожала плечами.

– Он весь в делах.

– Я тебя понял. – Мы стояли в тени клена. – Что, не спросишь, как я? – Я поймал внимательный взгляд подруги, блуждающий по моему лицу.

– Нет. И так вижу, что дерьмово.

– Дерьмово, – я усмехнулся. – Дерьмово было пару недель назад.

– А сейчас? – Миа толкнула кулачком меня в предплечье.

– А сейчас я готов лишить собственного брата головы, – признался я на грани слышимости. – Меня останавливает страх…

– Боишься, стать для Леры чудовищем?

– Убийцей, – я поправил волчицу. – Называй все своими именами. Чудовище я для нее сейчас.

– Ну же, братец. – Я в сотый раз набирал номер и слушал вежливый голос робота. – А не слишком ли ты занят? – Из-за плотной «паутинки» на разбитом экране смартфона не с первого раза удавалось провести какие-либо манипуляции.

Мне нестерпимо хотелось посмотреть в глаза младшему, послушать нападки, а после оправдания, и хорошенько стряхнуть с него спесь. Я мог бы простить Эрила за его глупость в делах стаи, но пренебрежительное отношение к Лере – нет.

Свет в доме брата погас минут двадцать назад, и я всматривался в темноту оконных провалов, представляя, чем же сейчас занимается девушка.

– Эй, волк, – ведьма звала тихо, опасалась. Об этом говорили и почтительное расстояние между нами, и фамильяр застывший в нескольких сантиметрах от женских ног. – Я соединила отвар и заговор, попробуешь?

Жидкая кашица, которой десятки раз поила меня ведьма, сегодня была прозрачной, но пахла отвратительно, как и всегда.

– Ну что?

Мария уперлась руками в каменную поверхность столешницы.

– Отвратно, – ответил я.

Женщина цыкнула.

– Как ощущения?

– Никак, – произнес и пожалел о том, как громко я это сказал.

– Работает? – Ведьма оббежала препятствие и заставила меня склониться. Она нахмурилась и осмотрела мое лицо со всех сторон, сделала пометку на листе бумаги. – У тебя зрачки расширены.

Я дернул головой.

– Говори тише.

– Обострились слух и зрение.

– А еще мне хочется свернуть тебе шею.  Что ты со мной сделала, ведьма? – Сейчас сознание зверя, его эмоции были главенствующими.

– Ошиблась в заговоре. Кажется, я притупила не звериную, а человеческую часть.