Я тебя присвою

Любовь, которая выдерживает годы, расставание и становление характера, как правило, самая что ни на есть крепкая.

Да уж… Глубже просто не копнуть.

Мысленно поправляю розовые очки, которые мне предстоит носить, как минимум, следующие три дня. И улыбаюсь.

Да, я впервые за долгое время улыбаюсь. Улыбаюсь почти легко.

Почти.

14

Не день — сплошное испытание. Сначала трясусь в самолете. Андрей даже предлагает подышать в бумажный пакет. Но мне хватает того, что он берет за руку. Цепляюсь за него. Слушаю приглушенный и размеренный голос.

— Все в порядке. Полный контроль. Дыши глубже и медленнее.

Я им дышу. Вдыхаю, вдыхаю, вдыхаю… Щекой о колючую щетину трусь, к горячей коже прижимаюсь.

— А если мы упадем и разобьемся?

— Ну и похер. Вместе же, — заметив, как расширились мои глаза, вздыхает и ведет по моей щеке ладонью. — Эй, девочка, мы не падаем. Что за манера наперед паниковать? Бояться того, что, вероятно, хрен когда случится.

— Андрей…

— Просто дыши. Давай, со мной.

— Дышу…

И правда, что мне терять? Все и так хуже некуда.

— Умница, девочка, — когда он так говорит, я совсем о другом думаю.

Вспоминаю нашу сексуальную близость. Мое волнение меняет окрас и амплитуду. Глаза еще больше от изумления расширяются.

Наконец бортпроводница приносит мне какую-то таблетку, и спустя некоторое время я окончательно расслабляюсь. Удается даже задремать. Но руку Рейнера не отпускаю до самой Москвы. В реальном времени — это больше восьми часов.

Повезло ему со мной… Сам виноват.

Так сложилось, что я с болезненным скепсисом отношусь к любым внешним оценкам. Это касается не только людей. Всего, что можно визуально увидеть. Но даже на меня Москва производит колоссальное впечатление. Город очень красивый, но масштабы пугающие.

Мне неуютно и страшно. В такси все так же жмусь к Андрею. Теперь я, словно ребенок, который боится потеряться. В окно не смотрю. Дорожная развязка и количество транспорта вызывают головокружение и тошноту. Но к Рейнеру глаз не поднимаю, зато ощущаю, как он чуть стискивает мои пальцы своими, и уже ровнее выдыхаю.

После регистрации в отеле, занимаем соседние с Саульскими номера. Андрей, как обычно, уступает мне возможность первой освежиться с дороги. Я стараюсь долго не возиться. Понимаю, что все устали и проголодались.

— Все? — спрашивает и взглядом окидывает, оценивая гостиничный халат.

Я же не обязана и здесь голой из ванной идти? Вдруг кто-то постучит…

От его внимания мне становится жарко. Да так, что внизу живота томление разгорается.

— Одевайся пока. Я быстро.

Он действительно справляется за каких-то пять минут. Я на платье молнию застегнуть не успеваю. Хотела дотянуть хоть до лопаток и, если с другой стороны, извернувшись, не получится, попросить помощи.