Я тебя присвою

Хочу оставаться настолько сухой, чтобы он войти не смог. А если сунется, чтобы до красноты член растер.

Сейчас он бесит меня… И возбуждает. Это необъяснимо, но я не только чувствую, как его пальцы утопают в моей влаге. Через какое-то время уверенных ласк слышу, что там от нее буквально хлюпает.

— Расслабься.

— Иду к черту…

— Расслабься, — давит ладонью на поясницу, не позволяя дергаться.

— О, мамочки…

Чувствую каленую твердость члена. Прикрывая веки, неосознанно задерживаю дыхание. Андрей не сразу входит. Несколько раз проводит плотью по половым губам. Раздвигая их, собирает влагу. У меня непроизвольно вырывается прерывистый и высокий вздох.

Он накрывает мою спину грудью. Оказывает еще большее физическое и психологическое давление.

— Давай же, расслабься, — вибрирует хрипотцой прямо в ухо. — Давай, девочка.

— Подожди… — дышу, как ненормальная. — Подожди… — впиваюсь пальцами в гладкое дерево, скребу его ногтями. — Сейчас…

Едва мне удается немного расслабить мышцы, Андрей толкается. Я тотчас дергаюсь и судорожно выцеживаю воздух.

— Тихо, тихо… Умница, красивая моя, — выпрямляясь, проходится ладонью по моей спине. — Хорошая девочка.

И все… Никаких передышек не дает. Начиная двигаться, постепенно наращивает темп. Если я и собиралась как-то контролировать реакции своего тела, сил не хватает противиться бесконечному потоку удовольствия. Принимаю как данность. В омут с головой бросаюсь. Падаю и тону. Сама не понимаю, в какой реальности нахожусь. Ничего не существует, кроме распирающего изнутри наслаждения.

Оргазм накрывает меня постыдно быстро. Пульсируя, сжимаю член Рейнера с такой силой, словно пытаюсь в себе удержать. Ведь чувствую, что и он уже близко… Слышу, как глухо рычит и резче вбивается.

Замираю с предвкушением тех невероятных ощущений, которые, уже знаю, пронизывают все мое существо, когда он кончает. Но Андрей не доводит дело до конца. Выходит из меня и, отрывая от столешницы, проворачивает лицом к себе.

Рассеянно встречаю его взгляд.

Он ловит пальцами прядь моих волос, прижимается лбом к переносице. Прихватывает губами губы. Жадно и влажно проходится по ним языком. Снова в глаза смотрит.

Долго смотрит. Ладонью по щеке ведет.

Я в замешательстве. Что именно он делает? Не понимаю, что происходит.

Эмоции и чувства путаются. Сбиваются в хаотичную массу, которая выталкивает в горло, колотящееся на разрыв сердце.

Он ведь… Андрей смотрит так, словно ласкает меня, жалеет, на что-то уговаривает и как будто прощения просит.

А потом… Давит мне на плечи, вынуждая опуститься на колени.

— Пососи у меня, — этот низкий хрипучий голос наждаком по коже проходится.

Взрывает сразу всю структуру нервной системы. Узлы и волокна, все сплетения — пожаром охватывает.