Я тебя помню

Даже если это не она…

И хорошо, что это не она!

Эта — лучше!

Эта — такая нежная, так дрожит, так стонет сладко… В ней нет опытности Инессы, нет дикой жажды ее, но растерянность и испуг, перемешанные с острым, порочным интересом, тоже вставляют!

Да так, что думать ни о чем не могу!

Уже мало что соображая, стягиваю с лаборантки широкие уродские штаны, под которыми, по законам жанра, должны быть бабкины труселя. Клянусь, даже это меня бы не тормознуло!"

"Но под штанами внезапно обнаруживаются узенькие черные трусики, без изысков, но как заводят! Контраст черного с белой кожей слепит и вводит в состояние невозможного, жадного безумия.

Понимаю, что сам весь дрожу, перехватываю ее пальчики, скользнувшие вниз в нелепой попытке прикрыться, и кладу туда, где им самое место: к себе на спортивки, прямо к паху прислоняю и даже толкаюсь чуть-чуть вперед, чтоб сразу понятно было, что и как трогать. Одновременно придерживаю ее сзади на шею, прижимаюсь лбом к ее, шепчу в губы:

— Погладь…

И она, завороженно глядя мне в глаза, гладит… А затем и сжимает, прямо через ткань, и я едва не кончаю от остроты ощущений. Прикрываю глаза, еще больше подаваясь вперед, дышу ее кожей, упиваясь чистым, нежным ароматом, еще больше кружащим голову.

— Не могу, не могу больше… — шепчу ей, рывком придвигаю ближе к краю стола, и, под тихий вскрик, сдергиваю черные трусики, одновременно стягивая вниз резинку спортивок.

Если она и планировала тормознуть, то уже не сможет.

И я не смогу.

Ловлю ее губы, делясь своим сбитым, жадным дыханием, и делаю рывок. Вперед. В нее.

Ощущения оглушают настолько, что на мгновение замираю, пытаясь привыкнуть и дать ей тоже эту возможность.

Лаборанточка узкая и тесная, но не девственница, судорожно сжимается на мне, стонет в губы, потерянно и жалко…

А затем чуть двигает бедрами. Первая. Словно ей тоже невтерпеж. Словно она не меньше меня хочет этого. Ее отклик радует до темноты в глазах, не один я тут с ума схожу! Не один!

Не перестаю целовать, прижимаюсь теснее, становясь удобней, выхожу и тут же загоняю себя обратно. Под тихий, такой заводящий вскрик.

И еще раз. И еще.

Все дрожит внутри, трясется, голова летит, безумная и легкая, а лаборантка бьется в одном ритме со мной, поддерживая и ускоряя наш и без того безумный танец.

Это такое охренительное ощущение, когда девчонка вот так принимает, полностью, не телом даже, всей собой, что я не могу даже чуть-чуть себя контролировать.

Обычно же все равно во время секса о чем-то думаешь, в голове проскальзывают образы, мысли…

Один раз у меня только было, что вообще нихрена не соображал.

Хотя, нет.

Теперь два раза. Два.