Я тебя никогда (СИ)

— Потому же, почему и ты, — хмыкнула она. — Я — изгой. Меня не принимают ни в какие компании. Но плевать я на это хотела.

И она продолжила есть, как ни в чём ни бывало.

Мне оставалось только подивиться отношению одноклассницы к этой ситуации.

Она понимает, что её считают изгоем, и даже указывают на место таким, как она, но Яне словно вы всё равно.

— И я тоже… Изгой? — спросила снова я, когда уже перешла к компоту.

— Ну да. Ты же новенькая. Ещё и явно не нашего круга.

— Не вашего?

— Не богачка.

— А ты?

— Конечно же богачка. То есть, дочь богатых родителей. Тут все такие, если ты не заметила.

— Заметила.

— А ты — белая ворона.

— По мне так видно, что я из другого социального слоя?

— О, — поправила очки Яна и вгляделась в меня. — Ты мне начинаешь нравиться!

Я смущённо хмыкнула и отпила ещё компота.

Из уст Яны это скорее не комплимент, а проклятие. Потому что я стала ещё ближе к рангу изгоев, если нравлюсь ей.

— Чем? — уточнила я ради интереса."

"— Ты не такая тупая, как эти все, — кивнула она с презрением на своих же одноклассников. — Но учти — тут таких не любят.

А я смерила её внимательным взглядом.

Безусловно, Яна — умная, начитанная девушка, что называется из высшего общества. Но даёт ли это гарантии успешной счастливой жизни?

Вряд ли.

Имеет ли она право тыкать в это носом других?

Тоже вряд ли.

Похоже, её не любят не только из-за рвения к учёбе…

Тут я вспомнила, как сама винила Матвея в том, что он не образован, и даже детскую сказку не знает. И это плохо, конечно, но имела ли я право ему указывать на это так грубо? Наверное, нет. Хотя в отличие от Яны я хотела задеть Матвея в ответ на колкости в мою сторону, а она делает это просто так — потому что такая по характеру.

— Конечно, видят разность, — ответила мне Яна. — Я же увидела.

— Понятно. Быть бедной стыдно?

— Да не стыдно, но… А о чём с тобой говорить, если ты до этого училась среди детей слесарей?

Я вздохнула.

Действительно — о чём?

Обстановка, тут мягко сказать, угнетающая.

Впрочем, Яна подтвердила мою же теорию насчёт одноклассников: подружиться у нас не выйдет, потому что точек соприкосновения попросту не имелось.

Но придётся учиться так, есть за столом для изгнанных из популярных тусовок и бояться очередного выпада Матвея.

Тот сидел практически в центре зала в шумной разномастной компании. Было видно, что эти ребята уважаемы, а самому Матвею девчонки подносили суп и чай как царю.

Вероятно, это и есть, так скажем, правящая партия.

И они решают, кто где и с кем будет сидеть.

Это не прибавляет радости.

Скажи Матвей хоть слово против меня, и моя жизнь будет разрушена в этой школе…

Но пока что он молчал.

Я ловила несколько раз на себе его напряжённый взгляд.