Я тебя никогда (СИ)

Да, Матвей? Если бы ему не понадобилось, чтобы папа его оттуда вызволил, он бы даже не позвонил!

— А за что он там оказался? — спросила расстроенная мать.

— А вот у него и узнай. Давай, рассказывай, сын. Что вы делали вчера вечером с друзьями и за что тебя забрала полиция?

9

— Пап, ну хватит уже, — недовольно отозвался парень. — Я всё понял. Больше не повторится. Порешали же вроде с тобой всё в машине?

— Порешали… А мы с матерью твоей что пережили ты спросить не хочешь?!

— Па-а… Я устал. В душ хочу, и жрать…

— Нет, ну вы поглядите на него! — продолжл кипятится Роман Петрович. — Я тебя не отпускал ещё. Ты чего к старшим спиной поворачиваешься, когда с тобой разговаривают?"

"— А ты меня воспитывать взялся, да? — Матвей остановился у лестницы и резко обернулся на отца. У парня был такой взгляд — жёсткий, холодный, уничтожающий — что даже его родной отец вынужден был сбавить тон и сделать шаг назад. — Поздно немного. Надо было этим заниматься тогда, когда я был маленьким ребёнком, был восприимчив к твоим воспитательным урокам и нуждался в отце, который вместо того, чтобы семьёй заниматься проводил дни в офисе.

— Я работал и зарабатывал для этой самой семьи деньги! — отчеканил Роман Петрович. — Чтобы у тебя и у мамы было всё вот это.

Он обвел руками вокруг себя.

— Круто, — сказал его сын. — У нас всё есть. Всё, кроме тебя, папа. Так теперь пожинай плоды — воспитывать меня уже поздно. Как и делать аборт на восемнадцатом году плода. Извини, мам… Я к себе. А тебе, отец, я слово дал, что больше в такие дела не ввяжусь. Хватит на меня уже наседать…

Матвей поднялся по лестнице так быстро, что я не успела убежать обратно в свою комнату.

Огромный парень, больше похожий на медведя, конечно, заметил меня. И не только заметил, но и мигом сообразил, что именно я делала в этом коридоре…

Он в два шага догнал меня и перегородил своим мощным телом вход в мою спальню.

— Эй, ты, соплячка, — сказал он мне, надменно глядя на меня сверху вниз. — Ты что тут делала а? Уши грела?

— Я… Хотела воды спуститься попить, — солгала я, тут же ощущая, как предательски краснеют мои щёки. Ну не умею я лгать, что же тут поделать? Прокололась тут же, буду теперь выглядеть перед ним как идиотка… — А тут ты поднимаешься, и…

— Хорошо заливать, — оборвал он меня и вдруг сделал шаг на меня, и я врезалась спиной в стенку. Дальше отступать мне было некуда, а возможности обойти этого бугая никакой не было…

— Не смей мне лгать, малявка, — процедил он, сурово глядя мне в глаза и слегка склонив ко мне свою голову.

Обязательно так близко подходить? Я даже чувствую отсюда запах его туалетной воды… Её даже запахи камеры не перебили — стойкая какая…

Голова начала кружиться от страха. Что он от меня хочет, не понимаю?

— Хорошо, не буду, — ответила я то, что пришло на ум.