Я тебя купил

— Виноват, — кивает Саша, — но его я могу понять, он защищал тебя, — она поднимается и встает у окна, спиной ко мне, — я знаю, что такое месть, Катя, а твой брат, насколько я понимаю, делает именно это — мстит. Не мне его судить, в пятнадцать лет я предпочла месть нормальной жизни, я готова была идти по головам, и я отомстила каждому, кто был причастен к смерти моей семьи. Я не знаю, что конкретно случилось с твоим братом, но уверенна, это было ужасно, потому что такими, как Граф становятся не от хорошей жизни. В любом случае, теперь вы оба часть нашей семьи, а значит, держать обиду на твоего брата с моей стороны неправильно.

Я слушала ее и все больше убеждалась в том, что эта девушка особенная. Ее способность держать лицо в любой ситуации поражала. Она не обвиняла, не бросалась угрозами, а молча приняла ситуацию с моим братом, как должное, приняла нас обоих в свою семью.

— Спасибо, — шепчу, чувствуя, как по лицу катятся слезы.

— Не стоит, — я даже не заметила, как она оказалась рядом и вот, Саша уже сидит рядом и обнимает меня также, как в тот злополучный день в клинике.

— Ну и что это за потоп? — слышится со стороны любимый голос, открываю глаза, вижу Сашу стоящего в дверях и начинаю улыбаться, понимая, что наконец-то обрела настоящую семью, а со всем остальным мы обязательно разберемся.

Глава 33

Авдеев

— Раз уж с доверием мы разобрались, — говорит Дима, когда за Катей захлопывается дверь, — перейдем к делам поважнее.

Осматриваю присутствующих и усмехаюсь. Гром появился как раз вовремя и сейчас, кажется, совершенно не понимает, что происходит. Однако уже через минуту оказывается возле Демина, перевожу взгляд на Аида, который все также пристально следит за Графом, вот уже действительно, откуда такая преданность?

Не выдерживаю и начинаю ржать, удивительно, какой странной штукой бывает жизнь, каждый из нас когда-то служил родине и правому делу, и каждый оказался по другую сторону закона. Кто знает, где бы я был сейчас, если бы Котов остался жив, скорее всего вернулся бы к нему, потому что жить иначе уже бы не смог. Вот и друзья заняли место по правую руку двух самых опасных личностей в городе.

Проходит не больше минуты и ко мне присоединяется Гром, а следом и Аид, кажется, до них тоже дошло, что конкретно меня так рассмешило. Вот уж действительно — одна судьба на троих.

— Может объясните, что именно вас так рассмешило? — спрашивает зять, очевидно, ни он, ни Воронцов не разделяют нашего веселья, — кстати, знакомься, — он обращается к Грому, — Граф.

— Я уже догадался, — усмехается тот, — Олег.

Воронцов кивает, но ничего не говорит. Ему все еще не нравится сложившееся ситуация, он не привык просить о помощи, но придется ему смириться.