Я тебе изменяю

Римма охнула и прикрыла рот ладонью.

– Господи! Людмилы больше нет? Как же так, Рудик?

Они помолчали, каждый думая о своем. Признаться честно, Римма завидовала тогда, четверть века назад, жене Рудольфа. Бессознательно, ведь она совсем не собиралась создавать новую семью после смерти мужа. Да и вообще завязывать никаких отношений. Но то, какой красивой и влюбленной парой были тогда Рудольф и Людмила, изрядно пошатнуло уверенность Риммы в том, что она должна быть одна до конца своих дней.

– А ты? Как сложилась жизнь у тебя? – с каким-то удивительным чувством, явственно прозвучавшем в голосе, спросил Рудик.

– У меня все хорошо, – соврала Римма, чуть отвернув лицо.

Казалось, Рудольф был способен прочитать по нему если не все, то как минимум неправду.

– Глеб женился. У него… сын. И жена. Оля.

Удивительно, но сейчас произносить имя невестки было легко и просто. Даже мелькнула мысль, что если бы она промолчала и не рассказала про Ольгу, ей самой стало бы не по себе. Она ведь тоже была частью их семьи. Но полноценно осознала это Римма только сейчас.

– Ты такая счастливая, Римма, – улыбнулся Рудольф. – Очень счастливая.

Общение вновь наполнила тишина. Они с Рудиком просто сидели бок о бок на диване в больничном коридоре и каждый думал о своем. Но обоим было хорошо и уютно в данный момент.

Ровно до того, как Рудольф неожиданно сказал:

– А я ведь тогда, двадцать с лишним лет назад, так сильно восхищался тобой, что позови ты меня за собой, я бы, пожалуй, крепко задумался о том, не изменить ли кардинально свою жизнь…

Римма вскинула брови и повернулась к Рудику. Ее сердце забилось так быстро, что, того и гляди, могло вновь привести к пребыванию в реанимации.

– Что ты такое говоришь, Рудольф? – прошептала Римма, чувствуя, как к щекам приливает кровь.

– Правду, – тут же с готовностью откликнулся Рудик.

Римма Феликсовна вскочила с такой прытью, что если бы это видел врач, наверняка уже или отругал бы ее, или выписал.

– Я пойду, Рудольф, – сказала Римма строгим голосом, при этом испытывая такой сонм ощущений, будоражащих кровь, что ей оставалось лишь удивляться самой себе.

– Я обидел тебя? – всполошился Рудик, но Римма, помотав головой, попыталась растянуть губы в улыбке и закончить уже этот разговор, который начал тяготить.

– Нет, что ты, – махнула она рукой и натянуто рассмеялась. – Мне просто нужно… на процедуры, – соврала Рудольфу вновь и, удалившись быстрым шагом, смогла выдохнуть спокойно только когда за ней закрылась дверь палаты.

* * *– Привет.

Глеб появился на пороге квартиры – точный, как часы. Ровно в семь вечера, как и предупреждал меня об этом днем.

– Привет. Тео в гостиной, с мамой.