Я тебе больно (СИ)

Ресторан, куда мы приехали, выглядит, как из старых американских фильмов про элитный класс. Здесь есть и лепнина на стенах и позолоченные торшеры, скульптуры и даже рояль. Живая музыка мягко наполняет помещение, и с ней смешивается не громкий звон посуды и тихие разговоры посетителей.

Я чувствую себя не в своей тарелке, так как остальные женщины одеты довольно роскошно, а на мне обычная одежда. Пока мы идём до нашего столика, я успеваю зафиксировать взглядом, насколько состоятельные люди, очевидно, посещают это место. Страшно представить, какие здесь цены.

Официант услужливо отдвигает стул и помогает мне сесть за столик, накрытый белой скатертью. Посередине стоит невысокая круглая ваза с бело-розовыми бутонами на подушке из зелёных листьев.

— Алкоголь не предлагаю. Но если хочешь…

— Нет-нет, спасибо. Обойдусь без алкоголя.

— Что тогда будешь пить? — хмыкает Марсель Рустамович. — Чай, кофе, сок?

— Апельсиновый сок, если можно, — нервно сжимаю огромную белую салфетку, которую, очевидно, нужно положить на бёдра.

— Можно, конечно, Насть. Ты в порядке? Выглядишь взволнованно.

— Да. Просто… Здесь все так роскошно одеты. А я не по дресс-коду.

— Ничего страшного. В Америке к роскоши иное отношение. Не все любят её демонстрировать. Сюда мы пришли лишь потому, что это лучшее место в городе. Не против, если я сам закажу блюда?

— Не против, — качаю головой.

Даже в меню смотреть не хочу. Понимаю, что Багримов платит, но самой выбрать блюдо и знать, сколько оно стоит… Это в любом случае заставит меня нервничать.

Багримов быстро озвучивает официанту заказ, после чего мы остаёмся один на один. Выдержать его взгляд по-прежнему трудно, поэтому я стараюсь не смотреть на Марселя Рустамовича, а вместо этого глазею на музыкантов.

— Это ведь всё равно не прекратится, — негромко произносит Багримов.

Но я не перевожу на него взгляд. Продолжаю упрямо смотреть на музыкантов, понимая, к чему он клонит.

— Притяжение между нами. Ты его чувствуешь. И я тоже. Дальше оно будет только усиливаться.

— К чему вы всё это мне говорите? — выдираю слова из пересохшего горла и радуюсь, когда официант приносит сок.

Багримов пьёт вино.

— К тому, что нет особого смысла сопротивляться.

Я отпиваю сок и, наконец, нахожу в себе силы посмотреть на Марселя Рустамовича.

— Недавно вы говорили, что кроме боли, ничего не сможете мне дать. Теперь вы изменили своё мнение или как? На что вы намекаете?

— На то, что нужно найти возможность снять это напряжение.

— Как именно? Предлагаете мне стать вашей любовницей?

Глава 54

Асти

— Я думаю об этом.

Всё тело прошивает разрядом тока от того, как он это говорит. Дело не в смысле слов, а в интонации. И в том, как я на это реагирую.