Я не скажу тебе о сыне

Тетка сунула мне тот саквояж, с которым мы когда-то приехали в Розенбург, и жестко сказала:

— Мы собираемся переправляться через границу, Лесса, и нам совсем не помешает, если на этом опасном пути нас будет сопровождать мужчина. Де Ламаж кажется мне человеком благородным и надежным. К тому же, у него есть лошадь.

Об этом я, как обычно, не подумала и в полной мере оценила все преимущества путешествия с таким спутником, только когда мадемуазель де Шатильон и Андрэ расположились в седле. В ближайшей деревне мы собирались купить еще хотя бы пару лошадей и нанять проводника, который сопроводил бы нас до Антарии.

По улицам города мы передвигались молча, боясь своими голосами привлечь чье-то внимание, и вздохнули с облегчением только тогда, когда вышли на горную дорогу. Уже занимался рассвет, и когда я оглянулась назад, Розенбург в долине показался мне совсем крохотным.

Мадемуазель де Шатильон сказала, что в деревушке Валентен она знает опытного проводника, который иногда снабжал ее контрабандными антарийскими товарами, и который знает тропу через границу как свои пять пальцев. К тому же, он умеет держать язык за зубами, а значит, именно к нему нам и следует обратиться. Никто против этого не возразил.

— А теперь, шевалье, вы уже можете ответить на несколько наших вопросов, — сказала Лео, подходя к де Ламажу поближе. — Прежде всего, меня интересует, почему вся Линария говорит об Алессандре как о королеве? Ведь к тому времени, как нашли утонувшую девушку, всем уже должно было бы быть известно о разводе их величеств. Мы с Лессой лично слышали, как об этом судачили, еще когда мы были в Лиме. И кажется, бедняжку Ванесс похоронили со всеми почестями в королевской усыпальнице."

"Но ответить де Ламаж не успел, потому что неподалеку от нас хрустнула ветка. Было уже почти светло, и я заметила, как на некотором расстоянии от нас метнулись, скрываясь за огромным валуном, две темные фигуры.

— Кто здесь? — громко спросил шевалье, и поскольку никто не ответил, предупредил: — Если вы не отзоветесь, я вынужден буду стрелять.

Я видела кремниевый пистолет у него на поясе и понимала, что это — не пустая угроза.

Судя по всему, угроза возымела действие на преследовавших нас людей. Но еще прежде, чем я услышала голос Ледюка, я уже знала, что это именно он.

— Зачем поднимать шум, шевалье? У нас нет намерения причинить вам зло. К тому же, стрелять в горах — весьма опасно. Я всего лишь хотел убедиться в своей правоте, и вы своим бегством невольно подтвердили мои догадки. Ваше величество, прошу вас, не делайте глупостей. Вы — королева Линарии, и вам надлежит вернуться во дворец и воспитывать наследника престола в тех условиях, на которые он имеет право.