Я не скажу тебе о сыне

"

"А еще я хотела получить в свои руки бумаги, что были способны пролить свет на то, что случилось семь лет назад. И хотя я понимала, что всё, что шло вразрез с позицией обвинения, могло быть вовсе не отражено в документах, я хотела знать, на основании чьих слов или действий меня обвинили в предательстве. Я хотела знать своих врагов в лицо.

41. День рождения Джеммы

Следующий день был днем рождения Джеммы. Я долго думала, стоит ли мне появляться в ее доме именно в этот день, но решила, что стоит. В качестве подарка я выбрала усеянную изумрудами брошь, в центре которой был самоцвет такой величины, что никого не смог бы оставить равнодушным.

Я появилась в доме де Ламаров уже вечером, но не обнаружила там пышного торжества. Да, в зале, где был накрыт стол, сидели несколько гостей, но судя по отношению к ним хозяйки, их статус в обществе оставлял желать лучшего. Поэтому, как только Джемма увидела меня, она забыла про них и устремилась мне навстречу.

— О, ваша светлость! Какой приятный сюрприз! Ваш приезд для меня — самый ценный подарок! — она едва не плакала от умиления.

И окончательно расплакалась, когда я вручила ей изумрудную брошь.

— Но это слишком дорогой подарок! Такого изумруда, наверно, нет и у самого короля.

Она была уже изрядно пьяна и болтала без умолку. Я предложила прогуляться по саду, и она тут же взяла меня под руку.

— Ах, ваша светлость, знали бы вы, какие приемы бывали у нас в доме прежде! Здесь было не протолкнуться от очень важных гостей. Все — от короля до самого затрапезного министра — стремились засвидетельствовать нам свое почтение. Имя де Ламаров гремело по всей Линарии. А нынче что? Даже мой супруг не посчитал нужным остаться в Лиме, чтобы меня поздравить. Представляете, Летисия, он уехал на охоту! Я знаю — он ненавидит меня!

— Что вы такое говорите, Джемма? — запротестовала я. — Уверена, вы ошибаетесь. Наверняка, у него были причины уехать именно сейчас. Быть может, он не любит светских приемов и предпочтет поздравить вас чуть позже, без толпы гостей.

Она громко и горько рассмеялась.

— Нет, Летисия, напротив, он всегда любил такие приемы и именно поэтому не может привыкнуть к тому, что сейчас они куда менее значимы, чем прежде. Король к нам уже не благоволит, и все придворные лизоблюды прекрасно это знают.

— Но отчего его величество так переменился к вам? — я постаралась изобразить нужную степень удивления. — И если он был женат на вашей кузине, то разве не должен был хотя бы в память о ней оставить вас в числе своих друзей?

Мы сели на скамейку рядом с роскошными рододендронами, возле которых горели магические фонари. В саду уже сгустились сумерки, и лицо кузины менялось с каждой секундой — в зависимости от того, как падал на него свет.