Измена. Я не прощу (СИ)

Что вообще с ней там могло случиться? Золотая девочка ноготь сломала? Или муж купил ей слишком мелкие бриллианты, ммммм?

Но когда увидел ее… Такую… Потерянную. В рванье этом и на стройке запущенной…

Все внутри оборвалось!

И я сам не понимаю, как остался стоять на месте вместо того, чтобы не отправиться к ее долбаному мужу. Забивать его кулаками. Насмерть.

Хотелось рывком прижать к себе.

Обнимать. Гладить ее нежные волосы. Запах ее пожирать, от которого я до сих пор, как пацан зеленый, дурею.

Увидел и зубами заскрипел. Кулаки сжал так, что суставы могли бы вылететь.

Сколько? Сколько времени прошло, черт возьми!

А ведь ни хрена не изменилось.

До сих пор, стоит ей только позвать, и я прибегу. Все. Все и всех, на хрен, брошу.

И не смогу отказать ни в чем. Руку себе оторвать попросит, и я с радостью сделаю."

"Всего прошибает на хрен. То жаром, то ознобом.

Когда вот так. Когда рядом.

Когда смотрю в ее огромные синие глаза и рвет. Рвет душу. Наизнанку выворачивает.

И только одного хочется.

Прижать к себе. Забрать. Увезти. Так далеко, чтоб даже от самих себя. От своего прошлого.

Чтоб не нашел никто. Запереть где-нибудь в доме и беречь, как самое бесценное сокровище.

И не важно, что она скажет. Я ведь и так знаю. Во что бы ни вляпалась, сделаю все. Все, что могу и даже больше. Против всего мира пойду.

Твою мать!

А ведь я думал, все давно в прошлом! Похоронено и забыто!

Вообще поражаюсь, как не набросился на нее.

Как сдержался. Чтобы не прикоснуться. Не поцеловать.

Она… У меня. В моем доме. Даже не верится! Кажется, мне показалось!

Так близко. Еще и в душе. Можно толкнуть дверь рукой и…

И ведь я что угодно могу у нее попросить! Попросить? Ха! Как бы не так. Потребовать!

И ведь она согласится. Судя по тому, что я узнал, выхода у нее нет. Обращаться больше не к кому. Да и не пойдет никто. Зарубин слишком высоко поднялся в последнее время. Научился у отца Милы. До самых верхов дошел и практически со всеми, кто на верхушке, разные договора позаключал. Потому что знал. Какую бы дичь он ни творил, теперь они его прикроют. Иначе сами замажутся. Без вариантов. Хитрый урод!

И кожа зудит от того, как же хочется к ней прикоснуться. Ласкать.

Он ее когда-нибудь ласкал так, как могу я? Тот, кому ночь с ней снилась так долго?

Из себя самого ее травил. Даже память о ней травил.

Но в снах она прорывалась наружу. И здесь я не мог ее прогнать. И даже задушить, хоть и хотелось. Чтобы и в снах, навсегда от меня ушла!

Но я не мог. Хоть больше всего на свете мне хотелось именно этого. Заполучить. Ее. Мою Милу.

Не так.

Она сама должна была этого захотеть.

Я не насильник и не мерзавец, чтобы обо мне ни говорили!

Смотрел, как она вздергивает подбородок, и ловил свой личный оргазм.

По венам огнем пробирало, когда сверкали ее глаза и когда она мне отвечала. Так смело.