Я разорву эту помолвку! (СИ)

— Но мы не появляемся в столице! Винтеры никогда не обозначали свою позицию! Это все полный бред!

Филипп вздохнул и чинно сложив тканевую салфетку на коленях, продолжил:

— Не важно, что является правдой. Имеет значение только то, во что верит большинство.

Прикусила губу. Это так. Человека судит другой человек. Я могу кричать о том, что это ложь, но до тех пор, пока она будет удобна другим, они не отступятся от своих убеждений.

Но решение принца мне не нравилось. И это было написано на моем лице четко.

— Отчего же вы так надулись, леди? Неужто я вам противен? Я могу быть лучшим женихом, нежели Джеймс. В отличии от него, я вас не бросил. И даже поддерживаю ваши начинания, даю вам достаточно свободы в принятии решений. Это выгодная сделка, миледи.

Выгодная сделка…

— Вы станете императрицей. Мне нужен человек, который сможет противостоять интригам двора и усмирить аристократию. Вы родом из провинции, ваша семья не обладает политическим влиянием, этими качествами вы соответствуете спутнице, которую я ищу.

Этим он и Гидеон, находящийся в поисках выгодной партии, способной поддержать его претензии на престол, противоположны. Филипп ищет способную, но не обладающую влиянием, ту, которая не сможет ему перечить и действовать в собственных интересах.

Равнодушный голос принца не отличался от того, как он обычно разговаривает о делах. Я молчала. Этот расчет еще холоднее чем тот, по причине которого были обручены мы с Джеймсом.

Я не могла быть уверена, что если вдруг ситуация изменится, принц Филипп с теми же трезвыми заключениями разума не избавится от меня. Когда твое сердце свободно — незаменимых нет.

Филипп продолжал говорить еще, но я уже приняла решение.

— Нет, — перебила бастарда. — Я не выйду за вас и не стану императрицей.

В пустой зал ресторации вошел официант с подносом и говорить при нем принц не спешил. Нам накрывали на стол, но его высочество следил не за движениями обслуги, а испытывающе глядел мне в глаза. Этот взгляд я выдержала.

— Что ж, — прервал тишину блондин после того, как разносчик скрылся за дверью кухни, и мы снова, не считая Хема, остались вдвоем. — Если вы так решили… то ладно.

Я выдохнула. Только сейчас заметила, как была напряжена.

— В таком случае вам нужно всеми силами заставить своего жениха отказаться от дружбы с Гидеоном. Джеймс Астер должен открыто заявить, что не имеет с кронпринцем ничего общего. Заметьте, я не прошу вас делать из него моего соратника.

— Почему бы нам с ним не разорвать отношения? — предложила я. — Нас больше не будет связывать ничего, и никто не сможет приписать Винтерам или Бруку связь с кронпринцем.