Я прошел две войны!

Ничем особым нас не кормили. Но мы ждали что-то вроде тюремной баланды. Однако каждый получил порцию еще горячей пшенной каши, в которой было даже немного мяса, по увесистому ломтю хлеба, чай и ложку сахара. Это подняло настроение. Затем нас разбили по взводам. Наша небольшая группа держалась вместе, и мы сумели попасть в один взвод: капитан Ютов, Аркадий Раскин, Валентин Дейнека и я. К нам поторопился присоединиться Зиновий Оськин, занятый ремонтом печки.

Командир взвода лейтенант Леонид Трегуб обошел строй и произнес речь, которая больше напоминала нравоучение политработника. Спортивно сложенный, в коротком полушубке, затянутый в портупею, Трегуб обстоятельно разъяснил, кто мы такие.

Если упростить его речь, то все мы проявили себя как никудышные командиры и солдаты (в общем, отбросы!), многие струсили в бою, когда решалась судьба Сталинграда и всей страны. Трибунал заменил расстрел на штрафную роту, но это последняя возможность для нас доказать, сумеем ли мы оправдать доверие советского народа.

– …И нашей партии, – негромко буркнул Федор Ютов, воевавший с августа сорок первого года и дважды горевший в танках.

– Что за болтовня в строю? – вскинулся Трегуб. – Здесь не колхоз, а штрафная рота.

– Это мы уже знаем, – спокойно проговорил Ютов. – Какие задачи нам придется выполнять, товарищ лейтенант?

– Ну, уж не отсиживаться в тылу, – съязвил взводный. – Конкретную задачу вы получите позже, а пока будете готовиться. Но долго вас в резерве никто держать не будет. Как только взводы будут укомплектованы, рота выдвинется на передний край.

– Говорят, штрафников на минные поля посылают, – набравшись смелости, проговорил Зиновий Оськин. – Правда ай нет?

– Куда пошлют, туда и пойдете. А сейчас шагай, печку в порядок приводи.

Но простой деревенский парень Зиновий Оськин из села с красивым названием Девичьи Горки, что в Саратовской области, продолжал топтаться на месте, бормоча:

– Как же так? Живых людей и на мины. Для этого саперы имеются.

– Не бойся, Зиновий, – весело проговорил танкист Ютов. – На мины не пошлют, невыгодно это. Ноги вместе с валенками или ботинками отрывает. Где столько обуви напасешься?

Взвод засмеялся, послышались другие шутки. Это не понравилось лейтенанту Трегубу.

– Смирно! А вы, товарищ бывший капитан, укоротите язык.

Но танкиста осадить было непросто. Он вытянулся, козырнул и обратился к взводному:

– Как я понял, вы, товарищ лейтенант, нас в бой поведете. Разрешите поинтересоваться, где воевали до штрафной роты?"

"Федор Трофимович Ютов сразу понял, что перед нами стоит не слишком опытный фронтовик. Человек, прошедший бои, не станет заниматься нравоучениями, да еще свысока смотреть на солдат, с которыми ему предстоит вместе воевать.