Однажды я выберу тебя

Бездумная потребность брала верх, отчаянно прося освобождения, готовая вот-вот вспыхнуть, оставив от нас лишь тлеющие обломки в куче разорванной одежды.

– Я так хочу тебя, – прорычал Сайлас. – Весь день… каждый гребаный миг.

– Я здесь, – выдавил я, двигая бедрами, прижимаясь к нему. Предлагая.

Не прекращая целовать, Сайлас протянул руки к ширинке на моих джинсах, расстегнул пуговицу, резко дернул вниз молнию. Я закатил глаза, когда он коснулся моей твердой, ноющей плоти.

– Сегодня я вел себя плохо, – хрипло проговорил он, посасывая мне шею и кусая за ухо. – Хочу загладить свою вину…

Прежде чем я понял, что происходит, он опустился на колени, высвобождая мою плоть из джинсов. На смену дождю и холодному воздуху мгновенно пришли невероятный жар и влажность его рта. И я застонал, удивляясь, что можно чувствовать себя настолько хорошо.

«Вот так. Всегда. Лишь он…»

Я поднял лицо к небу, сдаваясь на милость Сайласа, а он трудился надо мной. Он казался беспощадным, то глубоко заглатывая мой член, то неспешно посасывая, благоговейно обвивая его языком. И постоянно поглаживая руками. Я пытался за что-нибудь ухватиться, поскольку все нервные окончания в моем теле сошлись в одном месте – там, где его язык касался плоти.

Дрожащей рукой я нащупал его голову, пальцы чуть коснулись влажных волос.

– Не стесняйся, Кауфман, – прорычал Сайлас.

Я провел пальцами по его голове, а затем крепко ухватился за волосы, а мои бедра раскачивались взад и вперед. Он одобрительно хмыкнул, ускоряя движение, усиливая напор, чтобы подвести меня к грани.

– О боже, Сай, черт побери… – бездумно простонал я, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не трахнуть его рот так жестко, как того требовало мое тело.

– Да, – прошипел Сайлас, переводя дыхание. – Кончи для меня. Я так хочу. Мне нужно все это…

Он вновь взял в рот мой член, глубоко, медленно посасывая, и я резко выкрикнул в ночь, когда во мне вспыхнул оргазм. Воспламенив тугой узел болезненного наслаждения у основания позвоночника, выворачивая меня наизнанку. Сайлас принял все, высасывая из меня семя, убеждая освободиться, а затем неторопливо, неспешно действовал языком, чтоб завершить дело.

Я привалился к стене, измученный и слабый. Судорожно дыша, пытался прийти в себя.

– Мать… твою… – выдавил я, пока Сайлас прятал мою плоть обратно в джинсы и поднимался на ноги.

– Хорошо? – гордо спросил он с распутной ухмылкой на лице.

Я чуть пихнул его в плечо.

– Заткнись. Ты же знаешь, что все хорошо. Просто суперски.

Он оглядел все еще пустынную улицу.

– Черт, это было глупо.

– Думаешь, мы первые парни, что развлекались за этим баром? – Я устало рассмеялся, но быстро посерьезнел. – Но не стоит испытывать судьбу.

Я так сказал. Но имел в виду совсем другое.