Я не предам тебя

У дочери были шикарные чёрные волосы, которые родители ей запретили стричь и те сейчас достигали талии, белая, фарфоровая кожа, а лицо так вообще соблазн для многих мальчишек, которые уже стайками собирались около этой вертихвостки. Розовые, чуть полноватые лепестки губ, прямой носик. И самое главное – глаза, огромные, чёрные, в которых отражались её дары энергий. Временами в черном омуте глаз вспыхивали маленькие звёздочки, которые превращались в вихри – выдавая её дар управления воздушными потоками. А сейчас вокруг чёрной радужки добавилось зеленоватое кольцо, которое словно изумрудом ограняло чёрный самоцвет.

Аделина вздохнула ещё раз. София уже сейчас активно пользуется своей внешностью и даже случилось такое, что специально рассорила двух друзей подростков влюблённых в неё. Ради прихоти, чтобы просто позабавиться. Леандор к тревоге Адель, когда она поделилась с ним не отнёсся серьёзно, заверяя, что и вокруг отца всегда увивалось множество женщин и что со временем София поумнеет, а когда влюбится, так вообще позабудет о всяких проказах. Только вот Адель это естественно не успокоило.

Посмотрела на тень, которую откидывало дерево, и тихо спросила:

– Как они там?

Тень, налившись чернотой, отделилась от песка и прогладила дуновением прохладного ветерка её по голове, лицу – успокаивая, посылая картинку – София с Леандором склонились над огромным, опечатанным колодцем и что-то обсуждали.

– Отдохни, – прошелестело скрипучее в голове Аделины, и она не заметила, как глаза сами сомкнулись, и сознание погрузилось в сон.

***

– Сердце к сердцу притяну, две судьбы сплелись в одну, – мягко улыбнулась пожилая женщина сухими, сморщенными руками вращая веретено и сплетая в одну две нити – серого и чёрного цвета. Завязала в конце общей нити несколько узелков и, сняв клубок, протянула его своей собеседнице.

Женская фигурка, сотканная из тьмы, с усмешкой подхватила клубок и тот, вспыхнув чёрными молниями – исчез.

Светлый ранее домик, в который пряха когда-то давно привела Аделину после того, как её бросил Освальдо, сейчас заволокло тенями. Адель в то время и помыслить не могла, что не случайно перенеслась порталом в лес, где её нашла ни кто иная, как сама пряха судеб.

Сейчас же женщина, довольно улыбнувшись, от чего всё лицо расчертили морщинки, посмотрела в самый тёмный угол:

– Теперь всё? Мой долг отработан?

– Не совсем, – прошелестел жуткий голос, от которого у любого живого существа кровь застыла бы в венах от ужаса, но только не у пряхи, которая недовольно скривилась:

– Твоя сестра – искристая потом меня поедом съест.

– Ничего, потерпит, – усмехнулась тьма уже в облике мальчишки.