Я не играю по правилам

— Официально посвящаю тебя в футбол, — говорю ей отрепетированную фразу. — Теперь ты связана с ним. И со мной.

Она опускает взгляд на маленький мячик, и я вижу, как ее глаза чуть расширяются. Медленно проводит пальцем по прохладному металлу, словно пытаясь осознать, что именно я только что ей подарил. Губы приоткрываются, дыхание чуть сбивается. Она явно не ожидала этого.

— Мир… — ее голос тише, чем обычно, в нем больше растерянности, чем сарказма.

Я чувствую, как внутри что-то переворачивается. Это новый взгляд Вики, не сдержанный, не контролируемый, а живой. В этот момент я понимаю, что сделал все правильно. Она не говорит, но в ее глазах так много эмоций. Я все понимаю, мне не нужно ничего объяснять. Она сжимает кулон в ладони, словно боится, что если разожмет пальцы, он исчезнет.

— Ты неисправим… — шепчет Вика.

— Тебе это нравится, — отвечаю ей.

Здесь довольно прохладно. Я вижу, что она замерзла и увожу ее с крыши. Вызываю такси. Мы вместе едем к ее дому. Молча. Она играет с моим подарком, глядя перед собой, а я изучаю каждую черточку ее лица и думаю о том, что пропал в этой женщине."

"Когда это случилось? В какой момент? Когда она в первый же день послала меня, потому что «только врач»? Или позже, когда я стал слишком много думать о том, почему она носит закрытые водолазки и не может добавить человека, причиняющего ей боль, в черный список? В какой из этих моментов я решил, что хочу забрать эту женщину себе?

У меня нет ответа на эти вопросы. Но есть желание завоевать Вику, научить ее носить другую одежду, показать, какая она красивая и рассказать, как мне нравится видеть, когда она улыбается.

Пока пробить ее броню получается либо удивлением, либо провокациями, поэтому…

— Теперь для справедливости мне тоже стоит увидеть тебя без одежды, — тяну я с ленивой ухмылкой, наклоняя голову и внимательно наблюдая за ее реакцией. Она мгновенная. Вика задыхается от возмущения и моей наглости, но тут же поднимает подбородок, пытаясь вернуть самообладание.

— Ты вообще себя слышишь, Мир⁈ — ее голос подскакивает на октаву выше, но взгляд не только возмущенный, там еще что-то, что она не успевает спрятать. Я ловлю этот момент, отмечая, как в ней борются эмоции.

Делаю шаг ближе.

— Абсолютно. Просто я за честность, Виктория Андреевна. Или ты хочешь, чтобы я так и остался в проигрыше?

Она шумно выдыхает, делает шаг назад, но сзади дверь. Отступать больше некуда.

— Третьяков! — Такая строгая и смешная. — Ты понимаешь, что это не может случиться? Это неправильно.

Я медленно наклоняюсь, пока наши лица не оказываются слишком близко. Вика не двигается, но я слышу, как участилось ее дыхание.

— Мне плевать на правила, Вик, — тихо говорю ей, склоняясь еще ближе к ее лицу, чувствуя, как между нами нагревается воздух.