Я научу тебя любить

За исключением редких дней, когда накрывало."

"К примеру, как сегодня…

И снова в голове дурацкая сцена в ТЦ, за которую Ане по-прежнему было стыдно. Поэтому она потянулась рукой к лицу, потерла глаза, вздохнула…

Опять потянулась к телефону. Разблокировала.

Вздохнула еще раз, потому что…

«2:13».

А завтра ведь первая пара. И хочется встать пораньше, чтобы приготовить что-то для Корнея… Такого терпеливого сегодня. Такого…

Что сердце щемит. И снова становится стыдно, потому что так долго считала его не способным на подобное. Жестоким. Черствым. Билась о него, как о стену, и не подумала бы, что о нее — стену — можно ведь опереться…

Еще несколько секунд смотрела в потолок, а потом повернулась на бок, так же — не моргая — глядя уже в стену, разделявшую спальни. Почему-то не сомневалась, что он сейчас спит. И это хорошо, наверное. Да только…

Закрыла глаза, подложила ладони под ухо, представила…

Что он выходит из своей спальни, не стучится, но тихо открывает ее дверь, заходит… Ничего не говорит и не спрашивает, ложится рядом, притягивает, утыкается в волосы, шепчет что-то романтично-неправдоподобное, похожее на: «без тебя не спится»… И тут же засыпает сам. И она тоже — чуточку позже, когда эмоции поутихнут.

Да только…

Так не будет. Не к сожалению и не к счастью. Просто потому, что в этом состоит их реальность. По-прежнему разделенная стеной, пусть они и раскладывают ее постепенно. Кирпич за кирпичом. Что-то вместе, а что-то по-отдельности. Четко понимая, где чья зона ответственности.

Аня снова вздохнула, снова перевернулась на спину, снова уставилась в потолок… Зачем-то вытянула руки, фокусируя взгляд на них.

Сейчас не дрожали. Сейчас были спокойными. Просто хотели… Обнять Корнея. Прижаться, уткнуться, забыться…

Почему-то сомнений не было — это единственный вариант уснуть. И если бы он вот сейчас проснулся, пить захотел, снова на кухню прошел, она, без сомнений, тоже вышла бы. Не ради нелепых обольщений, а просто… Чтобы побыть рядом. Обнять со спины, уткнуться носом, сделать вдох… Убедиться в собственной нужности. Ему. Чтобы заткнуло разом все дыры. Так же, как сделало однажды: «я тобой горжусь».

Если поднимала руки Аня плавно, то опустила резко, позволив им обрушиться на одеяло, закусила губу, застыла, задумалась, прислушалась…

Сердце немного ускорилось, потому что послышалось шевеление где-то там… Но звук не повторился. А может просто показался. И это вызвало досаду. Не выйдет. До утра. И она тоже до утра… Спать не будет. Только если…

Аня откинула одеяло, подползла к краю кровати, на цыпочках до двери, оттуда в коридор…

Темный и тихий…

Чувствуя легкую внутреннюю дрожь к двери уже в его спальню… Очень аккуратно ручку вниз. Потому что… Она не хотела разбудить.